Обжигая страстью

Услышав заветное для себя признание, о котором я, возможно, пожалею, Майер проник в меня пальцем, заставляя завибрировать всем телом, а с губ уже срывались иные стоны. Изгибаясь, я прогнула тело вперед, вынуждая мужчину ввести палец еще глубже, а толчком я намекнула, что ему пора действовать. И он начал, добавив к первому пальцу еще один, наполняя меня, расширяя тугое кольцо.

Отпустив истерзанные губы, он провел языком по горлу и прикусил шею за ухом, вызвав во мне бурный отклик. Под хлюпающие ритмичные движения его проворной руки, Майер откинул голову назад, любуясь, как мое тело покрывает мелкая дрожь, и проступают капельки пота.

Увеличивая скорость и амплитуду толчков, он довел меня до конца. И я взорвалась в его руках, громко простонав и откинувшись назад.

Мужчина подхватил меня, не позволяя соскользнуть со стола, и прижал к своей груди, давая время отдышаться.

- Теперь мы закончили то, что начали тогда? - прошептала я хриплым сорвавшимся голосом.

- Мы только начинаем, - улыбнулся мужчина, невесомо касаясь покрасневшими губами до моих волос.

Нет, мы не продолжили заниматься этим на моем рабочем столе. Как только силы вернулись ко мне, а ноги перестали дрожать, Майер выпустил меня из своих объятий, позволяя закончить дела и собраться домой.

Он все также стоял посреди кабинета, наблюдая, как быстро закидываю сначала бумаги в сейф, а потом и мобильный в сумку. Порывшись в ней, я извлекла упаковку с влажными салфетками, и протянула их ему.

- Вот, Эрнест Аланович, вам стоит вытереть руку, - улыбнулась, заметив, как прищурился мужчина.

- Вероника, может нам стоит перейти на «ты», после всего, - проговорил Майер, принимая салфетки.

- Не думаю, что это будет правильно, - пожала плечами.

- Почему же? - удивился он. - Мы можем общаться в неформальной форме, когда остаемся наедине, если тебя беспокоит то, что могут подумать остальные.

Я кивнула, соглашаясь, что меня очень беспокоит чужое мнение. Мне хватает слухов о моем бурном романе с Вадимом. И я очень надеялась, что они еще не доползли до Большого Босса.

- Ника, - ответила я. - Обычно друзья называют меня Никой. Мне так нравится больше.

Майер взглянул на меня и мягко улыбнулся, повторяя за мной.

- Ника? Хорошо, - произнес он. - Друзья? Значит, теперь мы будем друзьями?

Я отрицательно покачала головой, и мужчина напрягся, ожидая объяснения.

- Обычно друзья не занимаются подобными вещами, - хитро прищурилась, и Майер улыбнулся, расслабляясь.

Офис мы покидали вместе, не беспокоясь, что нас застанут кто-то из коллег. А охрана обладала одним отличительным качеством — никогда не распускала сплетней, особенно когда это касалось их босса.

Приблизившись к парковке, я заметила, что к нам подъехал дорогой автомобиль бизнес-класса, в котором Майера дожидался водитель.