Очень большой лес

– Я верю в его великолепный ум, – ответил Сергей Макарович. – Не было случая, чтобы идеи Егора не оправдались и чтобы он подвёл кого-нибудь. Да, гипотеза о канале, связывающем нашу брану… ммм, Вселенную с соседней, достаточно необычна, но ведь и происшествие с нашей группой и экспедицией ЮНЕСКО не менее фантастично. Тем более что других идей нет.

– Кондратюк продолжает утверждать, что здесь побывал НЛО.

– Это его работа. Он на НЛО зубы съел и докторскую защитил, поэтому и отстаивает свою идею. Но ведь нет ни одного доказательства, подтверждающего прибытие инопланетян.

– Дырки в земле – следы посадочных лап.

– Бред! – махнул рукой Сергей Макарович.

– Почему? – удивился начальник информационного управления. – Вполне логичный вывод после взвешивания всех данных. Даже Геннадий Дмитриевич склоняется к этой идее.

– Просто потому, что больше не на кого свалить причины исчезновения ДРГ.

– Но и у вас, кроме сумасшедшей гипотезы Карапетяна, нет ничего реального?

Сергей Макарович пожевал губами, нехотя кивнул.

– Голова пухнет, если честно, и всё-таки я склонен верить Егору. У нас есть шанс, и…

– Им надо пользоваться, – усмехнулся Плащинин. – Знаю я вашу мантру.

В палатку вошёл Кондратюк в мокрой плащ-накидке, отряхнулся, откинул капюшон.

– Противная погода, хуже нашей осени. Температура плюс двадцать два и дождь! – Кондратюк скинул тёмно-зелёную накидку. – Потеешь как в бане, а раздеться нельзя. Даже в дождь какие-то мошки вьются."

"– Москиты, – сказал Плащинин.

Специалист по НЛО посмотрел на Савельева.

– Ваш друг молчит? Что он собирается измерять?

– Спросите у него, – пожал плечами Сергей Макарович. – Вряд ли эффект взаимодействия бран будет виден визуально.

– Бран, – усмехнулся Кондратюк. – Придумали же словечко – корень слова «браниться». Такая же бредятина, как и вся теория суперструн. Никаких «кротовых нор» и «червоточин» не существует, это досужие вымыслы теоретиков. Но есть реальные следы посадки НЛО, их и следует изучать в первую очередь.

– Будем изучать всё, что находится в радиусе километра от лагеря, – сказал Плащинин. – Тарас Гаврилович, прошу вас присоединиться к группе Карапетяна, ваш трезвый взгляд на вещи будет очень востребован.

– Позвольте мне присоединиться к военспецам, – пробурчал Кондратюк. – Челидзе меня понимает лучше и поддерживает мою точку зрения.

Он имел в виду доктора физико-математических наук, заведующего лабораторией радиоуглеродного анализа одной из исследовательских структур Минобороны.

– Нет, работать будете с Карапетяном, – возразил Плащинин. – Можете общаться с кем угодно, однако помогать будете Егору Левоновичу.