Один против Абвера

— В каком это смысле? — не понял Алексей.

— В прямом, — заявил сержант. — Сапа — выносная траншея от укрепленных позиций в сторону неприятеля.

— Сержант, я знаю, что такое сапа, — прошипел Алексей. — Здесь она есть?

— Вот именно. Она отсюда метрах в семидесяти к северу. Видно, наши рыли, да кончилась нужда. Ефрейтор Соловейчик их засек. Несколько человек в маскхалатах с насыпи сползли, по воронкам перетекли в поле и скрылись в этой траншее. По ней особо не пробежишь. Там все завалено, земля осыпалась, бревна торчат как противотанковые ежи. Длина траншеи — метров двести. У нас минуты четыре. Мы сами их возьмем, товарищ капитан, используем фактор внезапности. В траншее атаковать не будем, пусть выберутся к блиндажу. Там есть развилка. На этом пятачке мы их и сделаем. Только извиняйте, товарищ капитан, немцев рыл пять. Как-то нереально всех взять живьем. Парочку разве что.

— Командира группы мы обязаны взять, — отрубил Алексей. — Уж напрягитесь, сержант, проявите понимание, убедительно вас просим.

— Ну, если убедительно. — В темноте блеснули не очень ровные зубы. — Тогда вы вперед, товарищи офицеры, а я за вами.

Опергруппа должна была участвовать в захвате диверсантов. Разведчиков мало, сами не управятся.

Они ползли по изрытому полю, перетекали через воронки, скатывались по одному в глубокую траншею. Дальше передвигались вприсядку, игнорируя землю, сыплющуюся за воротник. Пара поворотов, относительно широкий пятачок перед раздавленным блиндажом, в котором уже окопались двое разведчиков из группы Чудилова.

Диверсанты выползали из узкого лаза. Все в камуфляжных мешковатых комбинезонах, тактических жилетах, лица измазаны сажей. Они имели все, что необходимо для длительного ведения боя. Чего-то неожиданного эти парни не ждали, верили в свое мастерство. Немцы неспешно выбирались к блиндажу, отряхивались, обменивались лаконичными замечаниями."

"Вычислить командира оказалось несложно. Он шел третьим, на коленях добрался до стенки траншеи, взял за цевье МП-40.

Тут-то на них и навалились разведчики и офицеры контрразведки СМЕРШ. Заработали ножи, брызнула кровь. Исход этой свалки был предрешен. Смертельно раненные фашисты дрыгали ногами, хрипели.

Одному удалось вырваться. Он звезданул разведчика по голяшке, выкатился из груды тел, полез на бруствер.

— Падла! — взвизгнул пострадавший боец. — Ну держись, сейчас я тебе задницу развальцую!

Но Чудилов успел первым, кинулся как рысь, ударил сапогом по ноге, двинул локтем в шею, а потом, когда тот сполз на землю, принялся лупцевать его кулаками. Трещали шейные позвонки, тело диверсанта билось в агонии. Он машинально норовил вцепиться разведчику в горло, пальцы его извивались как щупальца спрута.