Один против Абвера

В случае неподчинения на вас падет весь гнев советской контрразведки, значит, и комиссара госбезопасности второго ранга Абакумова, который подчиняется лично товарищу Сталину. У вас есть прекрасная возможность выявить реального врага. Это махровый крот, обосновавшийся при штабе части.

— Кто, простите, товарищ капитан? — спросил Рахимович.

Алексей раздраженно поморщился. Да уж, не животное из отряда насекомоядных.

— Вражеский лазутчик, выдающий себя за нашего человека, — пояснил он. — Список подозреваемых у вас есть."

"— Да, я понял, — сказал Рахимович. — Все эти люди уже задержаны и взяты под стражу. Они сидят в подвале за решеткой, каждый в отдельной камере. Охрана усилена моими бойцами. Возможности общаться у них нет. Места содержания находятся под наблюдением моих сотрудников.

— Прекрасно, — пробормотал Алексей. — Ну что ж, Яков Михайлович, возможно, вы и не такой бестолковый человек, как мне показалось. Надеюсь, вы понимаете, что нам интересен реальный крот, а не тот, кто после ваших пристрастных допросов признается первым. Рискну предположить, что настоящий крот расколется после всех остальных.

— А если он большой оригинал, то сделает это первым, — ядовито бросил Левторович.

Оперативники, изрядно помятые в ходе ночной передряги, сидели по углам.

— Подождите! — Алексей нахмурился. — Капитан, вы сказали, что задержаны все фигуранты из списка. Перечислите их, если нетрудно.

— Слушаюсь, товарищ капитан! Их пятеро. Замполит майор Костин, начальник строевой части капитан Кондратьев, капитан особого отдела Вахновский, командир роты связи Чаплыгин и начальник вооружений капитан Рожнов. Все пятеро под арестом. Ваши люди присутствовали при задержании.

Алексей задумался. Страсти уже не довлели над разумом, голова была холодна и готова к употреблению.

«Как-то странно. Почему все пятеро? Ведь злодей не мог не догадываться, что после всего случившегося в числе прочих загремит под арест. Он уверен в том, что сумеет выпутаться и остаться при своей должности? У него ведь была отличная возможность сделать ноги! Или среди этой пятерки нет настоящего крота?»

Последняя мысль могла свести Алексея с ума. Он был обязан сохранять спокойствие.

В штабе полка воцарилась нервозность. Где-то внизу хлопали двери, офицеры нервно перешептывались по углам. От оперативников они отворачивались, старались не переходить им дорогу.

— Как они вели себя при задержании?

— По-разному, — сказал Левторович, сделав знак капитану НКВД, чтобы пока помолчал. — Всех подняли на рассвете, прямо там, где они спали. Особо не церемонились, ссылались на приказ руководства контрразведки. Майор Костин и капитан Вахновский ночевали в штабе. У них кабинеты на первом этаже в разных концах здания.