Одна любовь. Двойная месть

Сдохну, если не попробую на вкус.

Влад садится на кровать, тут же припадая к одному из сосков ртом, нежно втягивая его губами, другая рука накрывает вторую грудь, сдавливая ее. Полина расслабляется, стонет, происходит просто что-то невероятное, только Влад так боготворит ее грудь, готовый ласкать ее часами, только он такой голодный и неуправляемый.

— Полинка, это что? Молоко? Боги, я сейчас кончу в штаны.

Вот он, ее Влад, беспардонный пошляк, заводивший ее с одного оборота, выводивший ее на эмоции одним похабным словечком. Он снова сосет, ласкает, слизывая с сосков выступившие капли молока, а у Полины подкашиваются ноги. Она чувствует, как начинает течь от таких ласк.

— Иди ко мне, не могу уже.

Влад, наконец, отрывается от груди, снимает через голову толстовку, приподнимается, спуская спортивные штаны вместе с бельем. Полина смотрит на эрегированный член в его руках, как он проводит по нему несколько раз, ласка стояк, под головкой мелькает штанга пирсинга. Вот его наглые руки уже под ее широкой юбкой, тянет теплые колготки вниз, сразу вместе с трусиками.

— Влад, подожди, господи, сапоги.

— Почему так много на тебе всего надето?

— Влад, постой.

— Хочу трогать твою киску, хочу вылизать ее языком, пить твои оргазмы.

— Влад, черт, какой неугомонный.

Вот уже ее сапоги летят в угол, белье на пол, а наглые пальцы Влада накрывают воспаленные от возбуждения складочки. Он так быстро усаживает ее на себя, путаясь в юбке.

— Влад, остановись.

— Совсем с ума сошла? Как мне остановиться, если ты такая безумно мокрая? — проходится пальцами по раскрытому лону, собирая влагу, давит на клитор, лаская его круговыми движениями. Полина кричит от острого наслаждения.

— Влад, у тебя кто-то был?

Спросила, а сама прикусила губу, чтоб не закричать от удовольствия, которое сейчас доставляю его пальцы.

— Совсем сдурела? Нет, конечно.

— Как же ты три недели без секса?

— Хуево, Полинка. Очень хуево.

Влад даже не остановился, все это время продолжая ласкать и дразнить клитор Полины, снова облизывая соски. Она сам так хотела его потрогать, но вот Полину резко приподняли и тут же насадили на стоявший член.

— Боже мой, Влад…ааааа…..аааа.

— Какая влажная девочка, ох, черт, Полинка, могу кончить сразу.

Полина оседает сама, член растягивает стеночки влагалища, штанга пирсинга задевает нервные окончания. Он заполняет ее полностью, до легкой боли. Влад утыкается в шею, начинает приподнимать Полину за ягодицы, задевая пальцами тугое колечко ануса.

— Еб…, блядь… хочу твою попку, хочу тебя всю. Такая мокрая и сладкая девочка, да, сожми меня еще, сильнее, девочка, глубже.

Его пошлые словечки только возбуждают, а нежное касание сфинктера отдается по всему телу дрожью наслаждения.