Охота на человека

Это был, наверное, один из самых запомнившихся дней в его беспокойной биографии. А может, это был и не самый трудный день, ибо подробностей их самоотверженной работы часто не знает никто, даже люди, которых они охраняют."

"«ВОЗВРАЩЕНИЕ М. С. ГОРБАЧЕВА В МОСКВУ»Нью-Йорк. 8 декабря. ТАСС… Сегодня М. С. — Горбачев вылетел из Нью-Йорка в Москву. Вместе с ним отбыли члены Политбюро ЦК КПСС, министр иностранных дел СССР Э. А. Шеварднадзе, член Политбюро ЦК КПСС, секретарь ЦК КПСС А. Н. Яковлев.

Перед отлетом в аэропорту М. С. Горбачев сделал заявление:

— Я вынужден прервать мою поездку и вернуться в Советский Союз…. Сегодня утром у нас состоялся телефонный разговор с президентом Р. Рейганом и вице-президентом Дж. Бушем.

… Получилось так, что в Нью-Йорке у нас был только один рабочий день, но мы считаем, что это был очень важный день. Мы имели возможность изложить свои взгляды на сегодняшний мир, на его перспективы в Организации Объединенных Наций — организации, которую мы высоко ценим и рассчитываем, что ее роль в строительстве новых международных отношений будет возрастать. Мы смогли осуществить многие полезные контакты в рамках Организации Объединенных наций и обменяться мнениями с представителями многих стран. Это мы ценим. Мы встретили понимание того, что мы высказали с трибуны ООН.

Впереди трудный путь, но мы уезжаем с чувством уверенности, что будем идти по этому пути дальше, развивая и укрепляя то, что мы уже сегодня имеем. Если будем действовать так, как мы действуем в последнее время, а может быть, и еще что-то прибавим, то, мне кажется, что мы можем надеяться на хорошие перспективы в наших отношениях. А это будет иметь огромное значение для наших народов и для всего мира.

До свидания. Благодарю вас.

«Известия». 10 декабря 1988 года.Нью-Йорк. 8 декабря 1988 года. 9 часов 00 минут

В эту ночь он, наконец, сумел спокойно заснуть Впервые за последний месяц колоссальное напряжение спало, и «Дронго» смог лечь в постель, не думая ни о чем. Заботливый Дюнуа нашел ему комнату в конце коридора прямо в здании Секретариата ООН, и Ричард, с удовольствием растянувшись на диване, сразу уснул.

Проснувшись, он долго лежал с открытыми глазами, словно пытаясь вспомнить события последних дней, столь спрессованных и тревожных, его в общем-то неспокойной жизни. У экспертов его класса не бывает спокойной жизни, и он это хорошо знал.

В десятом часу утра он, наконец, встал, оделся и, недовольно потрогав заросшую щетину, пошел в ванную комнату бриться. Закончив бриться, он надел пиджак, поколебавшись немного, отложил оружие, решив не брать его с собой. Нужно было спуститься на один этаж, чтобы попасть к Дюнуа, где он мог позавтракать.

Выйдя к лифту, он с удивлением обнаружил, что из трех лифтов не работает ни один.