Двое среди руин

Но поднимать, — если вода станет поступать в подвал! — придется."

"Ната вздохнула и ушла вглубь склада. После возвращения мы почти не разговаривали. Моя нога заживала, я перестал хромать… а иной причины, чтобы пообщаться, как-то не находилось. Возможно, виной тому стало это невольное заточение. Постоянное сидение в подвале, становилось уже невмоготу… Угар, все еще росший, как на дрожжах, метался по нему, словно тигр в клетке, и красноречиво смотрел в мою сторону, явно показывая, что уже не может находиться в четырех стенах… Ната перешила все, что можно, в пятый раз вымыла полы и стряхнула пыль со стен — она тоже только вздыхала, поглядывая на выход из убежища.

Мы беспричинно дулись друг на друга и не ссорились лишь благодаря тому, что почти не общались. Да и я, устав от безделья, стал подумывать, что пора что-нибудь предпринимать, чтобы отвлечь всех от тоски.

Меня опять смущал Угар. Я как-то встал рядом, примерив его высоту в холке, к своему росту. Получилось, что, стоя на всех лапах, он достигал мне до паха, а сидя — головой спокойно упирался в живот. Это было непостижимо! При всем этом, он весил уже не меньше девяноста килограмм, а может, и больше — и организм, получивший неведомый заряд, позволивший ему, так расти, требовал пищи.

Количество ее могло быть любым — пес поглощал все! Но, кормить его одними лишь кашами, становилось сложно — он воротил нос, требуя мяса! А переводить на Угара семь-восемь больших банок тушенки за раз — это расточительно даже для наших, кажущихся бесконечных, запасов. И даже этим не удовлетворялся: глаза пса, поднятые над вылизанной дочиста миской, смотрели укоризненно и вопрошающе — «что же ты, хозяин? Мало…».

Я стал думать, куда пойти: теперь любой поход связывался напрямую с нуждами нашего питомца. Требовалось отыскать еду, которая бы насытила пса. Путь на юг отметал сразу — попытка, предпринятая в последний раз, надолго отвадила охоту встречаться с подобными созданиями. Ну а запад, упирающийся везде в русло бывшей реки… Он мог стать даже опаснее. Мы еще счастливо избежали знакомства с клыками подводного змея, когда спасались бегством, от стаи голодных крыс-трупоедов.

И все-таки, я сознавал, что единственное место, где стоит рассчитывать на добычу — именно берега реки. Чем питались и на кого охотились собаки, живущие возле скал, меня не интересовало. Вторгаться в их владения — себе дороже. А возле берегов можно найти множество склонов и удобных мест, как для засады, так и для бегства, если возникнет такая необходимость.

Я посмотрел на шумно вздыхающего Угара, на откровенно скучающую Нату, и громко сказал:

— Кончится дождь — собирайтесь в поход.