Двое среди руин

Справиться с возникшим желанием уже не оставалось никакой возможности — хотелось подойти к ней и прижаться к таким волнующим округлостям! Пересилив себя, быстро ушел за плиты, которые скрывали меня от девушки. Я больше не мог вынести в себе то, что рвалось наружу…

— Дар….

— Я сейчас!

Мне слегка ломило поясницу — обычное, но уже порядком подзабытое ощущение, которое наступает после разрядки…

— Ты где?

— Иду. Успокойся. И позови пса — пусть вылезает. Ему тоже не мешает отряхнуться перед дорогой.

Она внимательно посмотрела на мое лицо и слегка закусила губы.

— Ты обиделся на меня?

— С чего вдруг? — мне не хотелось ни о чем сейчас говорить… — За что?

— Да так… — она стала расчесывать волосы, глядясь прямо в воду.

 — А ты… Не обидишься, если спрошу?

— О чем?

— У тебя давно этого не было?

— Не понял?

— Я говорю о женщине. О постели, если хочешь."

"На этот раз я действительно смутился. Поднимать эту тему с Натой — значит подойти слишком близко к тому огню, который я так старательно пытался затушить…

— Ты можешь говорить со мной, о чем угодно. В том числе, и об этом.

— Об этом? В смысле?

— Я не девочка, Дар… И упоминала уже об этом.

Не делай такое удивленное выражение — тебе не идет притворство.

Я промолчал. То, что я давно уже предполагал, только подтвердилось — Ната, несмотря на молодость, была знакома с той стороной жизни, которая называлась сексом. Глупо думать, что она осталась наивна и безграмотна в этих вопросах: мы все жили в такое время, когда даже самые юные создания очень быстро и рано постигали науку, смысл которой взрослые безуспешно старались от них скрыть. И слишком часто я видел в глазах девушки выражение, вовсе не соответствующее ребенку… Но мне, почему-то не хотелось в это верить.

— И… давно?

— Не с пеленок, не бойся. — Ната беззаботно помахивала ногой, сидя на камнях. — Достаточно, чтобы все понимать. Ты удовлетворен?

— Вполне. Но может, не стоит об этом?

— Боишься меня шокировать? — Ната усмехнулась.

— Да не то что бы… Наверное, да! — с вызовом ответил я. — Все-таки, я не могу с тобой обсуждать все на свете. Мне за сорок — а тебе всего около пятнадцати лет. Ты просто не в состоянии понять то, о чем я имею свое представление. Оно сложилось у меня задолго до твоего рождения, знаешь ли…

— А у тебя были дети?

Я запнулся — вопрос девушки вызвал целую массу не нужных никому воспоминаний… И я совершенно не хотел вновь поднимать запрятанный глубоко-глубоко ответ на другой вопрос: живы ли те, кто остался за тысячи километров отсюда?

— Пойдем обратно — Угар что-то нервничает.

И мне неспокойно.

Я обманывал Нату — я ничего не ощущал. Но мне хотелось поскорее уйти от этих вопросов…

— Как хочешь… Только ты все равно не сможешь, все время делать вид, что тебя это не интересует.