Двое среди руин

Слишком далеко, очень непохожего на прочих, да еще и с такой лакомой самочкой гладкотелых! И огромный мохнатый Ла-я не помешает! Почему Он не отвечает Урхору? Где его лежка? Добыча нужна всем!

Произносил ли он членораздельные слова, или мой, еще не восстановившийся разум рисовал эти фантасмагорические картины — я уже ничему не удивлялся. Более того, не силах дотянутся до оружия, не имея возможности дать отпор, если этим существам вздумается напасть, я вообще плохо понимал, что сейчас происходит. Память услужливо привела пример — я вижу их не впервые… Что-то похожее было… когда? Подвал! Болезнь! И этот, кто называет себя Урхор — это ведь он тогда стоял возле костра! Как я мог это забыть?

…Стая образовалась не сразу. Урхор охотился один, пока не увидел Ыгра. Громадный самец раздирал тушу остророгого, и Урхор, несколько дней не евший ничего, кроме корней, выпрыгнул прямо к добыче. Самцы не стали ссорится — Ыгр, способный в гневе противостоять даже Анху, уже поел и был настроен миролюбиво. Потом они встретили сразу четырех самок, и те безоговорочно признали власть самцов. Драться из-за самок не стали — Ыгр не интересовался ничем, кроме еды, и Урхор по одной уволакивал каждую в кусты, покрыв всех за одну ночь. После этого самки перестали ссориться между собой, отдав Урхору право решать за всех. Тогда же они в первый столкнулись с гладкокожими. Страх и ужас последних, послужил сигналом — боится только добыча! Их убили практически сразу, и еще несколько дней кормились возле места их стоянки. Когда к стае вышел еще один самец, то Урхор уже являлся вожаком — и, кто бы после не присоединялся к стае, оспаривать власть самца не рисковал. Только Нха. Коренастый и очень сильный, он попробовал сместить Урхора — но Ыгр разорвал ему пасть, после чего Нха съели."

"Урхор не знал прошлого. Он знал Быть. Помнить себя сейчас, это и есть — Быть. А еще — Видеть. В стае кроме него все могут видеть, но только он — так далеко! Но теперь появился другой самец, который тоже способен на это! Только почему он такой? Почему он так похож на гладкокожего? Урхор не мог ошибиться — друг друга видят только они… Те, гладкокожие, да и просто другие звери и животные, на это не способны! Но почему он до сих пор ему не ответил? И почему до сих пор там, где так явно есть угроза?

Фигуры расплывались, опять сгущались, голос-рык то пропадал, то звучал с утроенной силой… Но вожак — а надо полагать, что со мной разговаривал вожак! — по-видимому, был настроен миролюбиво… пока миролюбиво, если вообще можно, так сказать. Внешний вид его спутников, да и его собственный, мог внушить ужас любому человеку. Не мне. Именно — не мне. Члену стаи стоит ли боятся своих! Своих? Своих???

В какой-то миг пришло отрезвление.