Двое среди руин

Я не стал переспрашивать — такие признания не делают сгоряча… Но обстановка и наше положение не позволяли расслабляться. Я поцеловал ее глаза и велел выйти наверх — отдохнуть на воздухе.

Попасть внутрь можно только через лаз. Неважно, можно ли прокопать второй ход — этот оставался свободным. Иначе бы мы не слышали, как за камнем скребется Угар. Но и работа девушки была не напрасной: образовалась глубокая яма… и, если только тот валун не очень громаден, его можно попытаться туда сдвинуть. Я стал углублять яму, а заодно подрывать землю под самим камнем. Вскоре ко мне присоединилась и Ната. Дело пошло еще лучше, когда я догадался снять штаны и наполнять их землей — наподобие ведра. Мы проработали еще не меньше трех часов, уже совершенно стемнело. Нами овладевала усталость. А, кроме того, мы не ели уже двое суток.

Приказав Нате отойти подальше, я встал возле глыбы и слегка надавил. Она пошатнулась, но осталась на месте. В этом заключался огромный риск. Она могла в темноте отдавить мне ноги и заживо замуровать в тесном закутке. И тогда ни Ната, никто иной уже ничего бы не смог сделать… Но эту ночь мы должны провести у себя — дома! Иначе нас ждала только смерть. Еще одной такой ночевки мы уже не выдержим…

Ярость, сопоставимая разве что с той, какая овладела мною при битве с Бурым, заполнила до краев — я напрягся изо всех сил, уперся ступнями в острые камни и стал давить… еще немного, еще чуть-чуть… Валун со скрежетом сполз в приготовленное место, открыв узкий проход. И сразу из него показалась знакомая лохматая и восторженно лающая морда. А затем и весь пес выкарабкался из отверстия и бросился на меня, сбивая с ног прямо на упавший камень…

Глава 14

Стервятники"

"Ната ухаживала за раненым, терпеливо и довольно умело. Ну а раненым был я… Борьба с валуном отняла последние силы, а восторг пса, рвущегося на свободу, привел к еще более плачевным результатам — падая, я еще раз приложился головой о камень и на этот раз отключился надолго. Девушка, превозмогая боль в изрезанных ладонях, втащила меня внутрь склада. Она сумела отыскать в полной темноте уцелевшие светильники, спички и осветила помещение. Как выяснилось, последствия землетрясения оказались плачевны — но поправимы. Все стеллажи, все наше богатство, которым мы так дорожили — все валялось на бетонном полу. При падении многие стеклянные банки разбились, залив его поверхность скользким месивом. Да и сам пол уже не оставался таким же ровным, каким был до толчков. В одном месте плиты поднялись, образовав, крутую горку. Возле трещины, находящейся на месте поворота, наоборот, сильно накренились — и вся конструкция, которую я там соорудил, рухнула вниз. Зато открылись входы в еще две комнаты — достаточные, чтобы в них пролезть.