Он тебя не любит(?) (СИ)

Уже вторую неделю Эва жила в его доме — он так и остался только его, Алене там не нравилось, — и каждый вечер Макар ехал не к себе в городскую квартиру, а за город. Пришлось спешно пересмотреть график работы, сбагрить часть дел подчиненным, потому что на дорогу уходило немало времени, а ночевать там Макар оставаться не мог, хоть дом и был достаточно большим.

Он знал, чувствовал, что Эве это не понравится, и уезжал после обязательной прогулки по лесу, к речке и обратно. Мак выгуливал Эву, они гуляли медленно, часто останавливались отдохнуть, но Эве очень нравилось в лесу, а Макару было вообще без разницы, где гулять, хоть вокруг дома, лишь бы с ней.

Странное дело, Эва принимала его помощь безропотно, Мак был готов, что она будет сопротивляться, но нет. А вот от него самого отгораживалась, и он знал почему, знал и понимал. Он женат, Эва принимала его помощь как родственника, мужа сестры. А просто как Макара Демидова она его знать не желала, и на это была особенная причина.

Он выяснил, что тот долбодятел, которого бросила Эвочка, был женат. Мак старался особо не расспрашивать, чтобы лишний раз ее не расстраивать, но как-то так вышло, что они заговорили, и Эва достаточно зло ответила, что отец ребенка женатый мужчина.

Макар едва сдержал радость, рвущуюся наружу, хоть это было нечестно по отношению к Эве, ей-то как раз было невесело. Но теперь он мог быть уверен, что Эва останется здесь и после родов.

Макар достал из багажника пакеты, занес на кухню, а сам пошел искать Эву. Он еще издали услышал, как она говорит, напевает и смеется. Подошел и прислонился к косяку, не желая палиться, тогда Эва застесняется, а ему так нравилось смотреть, как она играет со своей девочкой.

Вернее, как бы дико это не звучало, с животом.

В первый раз Макар в полном смысле слова оцепенел, когда увидел, как на ее животе вверху вздымается бугор, затем перемещается к низу, а потом живот начал ходить ходуном, да так, что Эве пришлось обнять его и укачивать, ласково с ним разговаривая. Зрелище было из серии «Чужой».

— Тебе больно? — спросил потрясенный Мак.

— Когда она пинается больно, а когда потягивается, нет, — Эва странно посмотрела на него и спросила: — Хочешь потрогать?

Отказаться было неудобно, потому что пришлось бы признать, что ему реально страшно.

И тогда Эва взяла его руку и приложила к очередному бугру. В ладонь толкнулось что-то настолько осязаемое, что Макар обалдел, а потом погладил ручку — да, наверное это была детская ручка, для ноги маловата.

— Ты, маленькая хулиганка, — сказал он, наклонившись ниже, и живот вновь затрясся, — ты чего разошлась, маме больно!

Эва смотрела на него как-то необычно, тепло, он вообще с удовольствием отмечал, как изменила ее беременность.