Он. Она. Другая (СИ)
БЕСТСЕЛЛЕР! — Таир, все обошлось! Алан вел себя как настоящий мужчина! — Весь в папу! Да, сынок? Замираю, прижимая к груди горячую трехлетнюю дочь, с которой только что приехала в детскую больницу на скорой. — Таир! — зову мужа. — Сабина? — он растерянно округляет глаза. — Что с Нафисой? — Папа, — дочка хнычет и тянется к нему. — Па-па! — зовет его годовалый малыш на руках красивой женщины. Это на нее несколько секунд назад мой муж смотрел с нежностью и любовью. Так, как никогда не смотрел на меня. Нас с Таиром познакомили и «порекомендовали» обратить друг на друга внимание. Мы одной национальности и веры. Я полюбила его, несмотря на сложный характер и холодность. Но однажды я увидела, какой он любящий и заботливый со своей второй семьей. ХЭ для героини
— Пойдемте в комнату, — машу рукой. — Кстати, вы сейчас не стесняйтесь, мой брат придет поменять сифон в ванной.
— Это который? — спрашивает Айка.
— Шамиль. Вы видели его на… — замолкаю на секунду, но быстро прогоняю грусть, — похоронах.
— А да, наверное. Ну давай, рассказывай, — быстро меняет тему подруга.
Девчонки располагаются на нашей с Нафисой кровати, а я сушу и укладываю волосы “Дайсоном” и одновременно рассказываю им вкратце, что у нас произошло с Нариманом, а они слушают, раскрыв рты.
— Как романтично. Встреча под дождем, поцелуй под фонарем! Как скучно я живу! — сокрушается Кения.
— И я! Вот бы чуть-чуть романтики в жизни. Продаю цветы мужчинам. Хоть бы кто мне подарил, — подхватывает Айгерим.
Из прихожей доносится резкий сигнал домофона. Сразу догадываюсь, что это Шамиль.
— О, брат приехал.
Выходим втроем его встречать. Открываю дверь и жду, когда поднимется на лифте. Через минуту в дверях появляется двухметровый великан с пакетом в руке.
— Привет! — тут же целует меня в щеку. Я делаю то же самое.
— Привет, ака! (уйг. обращение к старшему брату, родственнику или мужчине старше)
— О, девчонки, — заметив моих подруг, Шамиль поднимает ладонь вверх в знак приветствия.
— Здравствуйте! — хором говорят они.
— Как жизнь? — спрашивает он из вежливости, но взглянув на девчонок расплывается в улыбке.
— Да ничего, потихоньку, — Ксюша отвечает за двоих. А Айка стоит, воды в рот набравши. — Мы с вами тогда мельком познакомились. Ксюша.
— Я вас помню, но очень приятно еще раз познакомиться. А вы?
— Я? — переспрашивает проснувшаяся Айгерим. Мне кажется, или она какая-то бледная?
— Вы.
— А..Айгерим. Можно просто Айка, — говорит неуверенно и неожиданно протягивает ему руку. Он не тушуется и пожимает ее. Ну и лапища у брата. Может, она его испугалась. потому то он похож на великана, или на медведя.
После обмена любезностями, Шамиль уходит в ванную, менять сифон в раковине, а мы с девочками перемещаемся на кухню, где я ставлю чайник, а Ксюша и Айка раскладывают по тарелкам все, что принесли с собой. В этом особенность восточных гостей — никогда не придут с пустыми руками. Быстро организую нехитрую нарезку: хлеб, колбасу, сыр; вытаскиваю из закромов припрятанную коробку “Рафаэлло”, а то в нашей квартире две мышки: одна кучерявая, другая мелкая, но пронырливая. Вот и приходится прятать от них конфеты для гостей.
— Эх, девчонки, я совсем обленилась и перестала готовить, когда Нафиса уезжает на ночевку к бабушке.
— Ну и правильно! А зачем? — считает Ксюша. — Сейчас можно еду из любого ресторана заказать, это не проблема.
— Да, но раньше по субботам я встречала гостей, обязательно готовила манты, или лагман на ораву. А сейчас, мы можем и пиццей обойтись.

















