Он. Она. Другая (СИ)

— Апака!

Понимаю, что разговор будет серьезным и сажусь на колени, чтобы быть на уровне ее глаз.

— Я тебя очень внимательно слушаю.

— Я хочу, чтобы дадака жил с нами, — грустно опускает пушистые ресницы.

— Но он же приезжает к тебе каждую неделю, привозит подарки. И к буваке с момакой ты ездишь, — гоняю туда-сюда пресловутый ком, что разросся до небывалых размеров от ее слов и интонации.

— Да, но раньше он был всегда, — вздыхает она, а я, чтобы она только не видела моей реакции обнимаю ее крепко-крепко и закрываю глаза. Что мне ей на это сказать? Я не знаю. Я сама всю жизнь была папиной дочкой. Он был для нас добрым великаном, авторитетом, лучшим другом. Не случайно ведь Ирада всегда говорит, что она, как отец. Потому что характер у нее папин. А я в маму — спокойная, услужливая, ранимая. Я просто не знала, что может быть по-другому.

— Он и будет всегда, кызым. Просто мы разделились, — а в уме думаю “развелись”. — Мы теперь живем здесь, а он…в своем новом доме.

— А мне туда можно?

Вот черт. Я не ожидала, что она спросит об этом так скоро. Таир уже спрашивал, когда он сможет познакомить Нафису с новой женщиной и сыном, а я ответила: еще не время.

— Пока нет, солнышко, — отстраняюсь, снимаю перчатку и касаюсь рукой ее холодной, румяной щеки. Девочка моя, так похожая на нас обоих. Я все равно вижу в ней его черты, от этого не уйти. Но когда-нибудь это уже не будет так триггерить, как сейчас.

* * *До Нового года всего две недели. Мы усиленно готовимся к утреннику и ищем костюм снежинки. Хотела взять напрокат, но потом подумала, что пусть останется на память. В это субботнее утро встала в восемь, чтобы напечь блинов на завтрак, пока девчонки не встали. В двенадцать за Нафисой приедет Таир. Он как раз вчера вернулся из командировки и пообещал свозить ее в крупнейший торговый центр Алматы, где установили большую игрушечную железную дорогу в рождественском стиле. А потом она, конечно, раскрутит его на подарки. Ирада шутит, что Нафиса совсем на меня не похожа, потому что крутит Таиром, как настоящая женщина. А мне от него ничего и не надо было. Только любви. Но алименты, надо сказать, пришли от него большие. У меня зарплата на двести тысяч меньше. Задумавшись, не сразу слышу телефонный звонок. Откладываю лопатку, беру мобильный и вижу на экране имя бывшего мужа. Принимаю вызов, но не здороваюсь.

— Привет, — начинает он.

— Здравствуй.

— Как дела?

— Хорошо.

— Как Нафиса.

— Тоже хорошо. Ждет тебя.

— Тут такое дело, — мнется он, а я понимаю, что дело — дрянь. — Мой рейс из Уральска перенесли с вечера на сегодняшнее утро. Вылетаю только сейчас.

Сжимаю пальцами переносицу, потому что понимаю, что сегодня он уже точно не приедет.

— Лететь три часа, а потом передохнуть хотел.

— Понимаю, да.