Она будет жить с нами

По счастью, загородная резиденция Каблукова находилась не в новомодном охраняемом поселке, а в некогда обычной деревне, которую теперь облюбовали богатеи с приходом моды на русский стиль отдыха. Поэтому подъезды к коттеджу Эдика перекрыты не были, и я со своими людьми смог без лишних хлопот незаметно въехать в поселение."

"Сам нужный нам дом выделялся высоченным кирпичным забором и современной системой охраны. Ушло десять минут на то, чтобы ее незаметно отключить. Десять минут, за которые я наверняка поседел.

У тяжелых металических ворот, которыми мог похвастаться забор, стояла припаркованная машина ветеринарной медслужбы. Не знаю, из каких соображений Каблуков не позволил ей въехать на территорию коттеджа и вообще к нему ли приехал ветеринар, но, учитывая обстоятельства и то, каким беспредельщиком был Эдик, эта проклятая машина вызывала в моем воображении настолько жуткие картины, что я буквально холодел.

- Группа готова войти в периметр, - услышал я в наушнике, который нацепил едва мы оказались на месте. - Какие будут указания?

Указания, будучи начальником охраны и нашим координатором, раздавал Илья. Я лишний раз старался не светить, так как понимал, что кроме плана постучаться в дверь и набить Каблукову морду, когда тот откроет, ничего все равно придумать не могу. Вот только проблема заключалась в том, что Каблуков мог и не открыть, предпочтя отыграться на Ульяне.

- Задача номер один - засечь объект. Аккуратно. Так, чтобы урод не засек нас. Как только он окажется в удобном положении для захвата, действуем.

Через тридцать минут все было кончено. Обездвиженный, Каблуков валялся на вымощенной садовой плиткой дорожке в ожидании наряда полиции. Капая кровью из разбитого носа на деревянный пол кухни, сидел ветеринар, который согласился за хорошую плату провести нелегальный аборт. Он тоже ждал ментов. И пускай благодарит Бога, что их, а не труповозку.

Страшно представить, какой бы вред он причинил, опоздай мы на пятнадцать минут.

- Ле-еша-а, - навзрыд заплакала Ульяна, вцепившись в меня до побелевших костяшек, едва я только зашел в комнату, где ее удерживал Каблуков. - Он хотел… Он хотел…

Ужас от пережитого все никак не отпускал мою бедную девочку, заставляя раз за разом повторять одно и то же.

- Все в порядке. Он не успел. Я пришел раньше. Теперь тебя никто не обидит, - утешал я Ульяну и, кажется, самого себя заодно. - Ну хочешь, пойдем и ты пнешь его? Вон он, - я кивнул на окно, - в саду валяется, беспомощный и неопасный. Хочешь?

Ульяна покачала головой и громко всхлипнула.

- Может тебе воды?

Она кивнула, судорожно вздыхая, словно пытаясь собраться.

- Вот, - кто-то из парней расторопно принес ей кружку.

Ульяна сделала пару глотков и, кажется, немного успокоилась.

- Забери меня отсюда, - попросила она.