Они под запретом

Судя по всему, покупатель на долю отчима нашелся и сейчас активно обсуждается цена.

Я уговариваю себя не чувствовать себя виноватой в случившемся, и параллельно пытаюсь завести разговор с сестрой. Спрашиваю все, что приходит в голову: про Ралину, недавно открывшую интернет-магазин кожаных дизайнерских изделий, про название сыроедческой лавки, в которой Луиза заказывала ""полезный"" торт для отца, и про то, какая была погода в Андорре в минувший горнолыжный сезон. Делаю всё, чтобы наша беседа продолжалась без провальных пауз.

Луиза отвечает на каждый вопрос и со стороны даже может показаться, что между нами все по-прежнему. Но это не так. Потому что Луиза, которую я знала, никогда бы не отделалась бы простыми пояснениям. Она бы красочно и в подробностях описала ""прелесть"", которую успела приобрести в магазине подруги, а ещё обязательно спросила, не решила ли я стать сторонницей здорового питания, если вдруг заинтересовалась сыроедческими продуктами. А уж про погоду в зимний сезон... Она бы непременно загорелась идеей всем вместе съездить на горнолыжку.

Примерно через полчаса приезжают Радкевичи: их веселые голоса влетают в гостиную в приоткрытое окно. Володя входит в гостиную, держа на руках розовощекого карапуза, как две капли воды похожего на него. Тот же разрез глаз и та же озорная улыбка. До этого дня его сына Ярика я видела только на снимках Даши в Инстаграме.

- Это что за милый кукусик? - умильно сюсюкает Луиза, сжимая его крошечные пальчики. - Ты уже такой большой... Знаешь, каким ты был сразу после роддома? - она расставляет ладони на расстоянии сантиметров двадцати и показывает Ярику. - Вооот такусеньким, представляешь?

- Он готов есть целыми днями, - шутливо сетует Даша, выдвигая для себя стул. - Весь в Вовку.

- А сколько ему? - осторожно спрашиваю я. Я не слишком разбираюсь в детях и вряд ли смогу отличить годовалого ребенка от трехлетки.

- В июле год исполнился, - отвечает Володя и, крепче прижав сына к себе, здоровается с Арсением, который отходил поговорить по телефону.

- Привет, шкет, - Арсений легонько касается указательным пальцем подбородка Ярика и наклоняется к нему ближе. - Плавать со мной пойдешь?"

"С барабанящим сердцем я смотрю, как он по-свойски берет его на руки и как малыш, ничуть не расстроенный отлучением от родителей, довольно ему улыбается. Это настолько невероятное и душевыворачивающее зрелище, что я на миг забываю обо всех остальных. В кадре моего взгляда остается только Арсений, который расхаживает по гостиной с ребенком на руках и выглядит при этом расслабленным и довольным.

Оказывается, он любит детей. Почему я об этом не знала раньше? Даже представить такую картину не могла.