Орки тоже люди

Везде так: сильных боятся и уважают, а слабых…

— Куда идти? — Финриар достоин был памятника в золоте за то, что тащил сопротивляющегося принца, никак не приходящего в себя.

— Понятия не имею. Рон?

Темный держал щит вокруг нас, не давая подобраться духам. Да только они здесь в своем мире, а мы нет, и силы эльфа, казавшиеся у нас бесконечными, таяли на глазах.

— Я так же, как и вы, ничего не видел! — огрызнулся Луаронас.

Я отстранилась от Тинариса. Пора бы кое-кому помогать, чуть-чуть осталось, это последний раз, обещаю.

Я вытянула вверх руку с серьгой и отвернулась, заметив, как по камню побежали трещины. Вспышка и осколки, от которых меня в последний миг укрыл Тинарис. И вот яркий огонек нового духа-хранителя этого мира сияет рядом с нами — светлый и чистый, каким он не был при жизни, рано лишившийся родительской любви, так и не нашедший друзей и себя.

Но здесь он обычный дух, который, скорее всего, и не помнит себя прежнего. Отличный шанс начать всё с чистого листа.

— Врата, нам очень нужны Врата, — попросила я.

Огонек дрожал в воздухе пару секунд, а потом резво полетел в один из гномьих ходов. Понаделали, понимаешь, и ни одного указателя! Нет чтобы «Врата мира — направо»!"

"С трудом успевая за духом, спотыкаясь то о рельсы, то о шпалы, мы каким-то чудом добрались до нижнего города. Еще чуть-чуть, и нести придется Луаронаса, выжатого как тот лимон.

— Я смогу идти сама, помоги Финриару, а он пусть поможет Рону, — на бегу попросила я, не так уверенная в собственных силах, как в том, что надо что-то делать, иначе…

Иначе сотни духов, бьющиеся об щит, поглотят и растворят нас в своем безумии. Потому что сдерживающей их серьги больше не существует. И Асарил, так же как и я, на глазах становится обычным человеком, не в силах что-либо противопоставить десяткам, сотням, тысячам теней. Я понимаю, почему они так злы: а кому понравится, когда кто-то приходит и захватывает власть в твоем доме? Наверное, именно так они чувствовали то, как мы управляли магическими потоками и источниками, как меняли картину миров, этого и реального. Мы не со зла, но вряд ли духи примут наши самые искренние и глубочайшие извинения.

В какой-то момент я начинала сомневаться, что мы дойдем до Врат: слишком много всего, всех… непонятно, что творится вокруг щита, ничего не видно, так как сил на создание света у магов просто нет. И только маленькая путеводная звездочка ярко горит, призывая не отчаиваться и зовя за собой дальше.

И когда я схватилась за стену, готовая умереть прямо здесь, второй раз нереальнейшим из чудес за поворотом показался источник магии.

— Смотрите! — Луаронас, такой же едва живой, как и я, как и все мы, дрожащим пальцем показывал на колонны сталагнатов, отделяющие зал с Вратами от остальной части пещер. — Духи не заходят за них.