Осень в Сокольниках

Где она лежала, гражданин Славский?

Художник прошел в соседнюю комнату, хлопнул ладонью по печке-голландке:

— Здесь. Прямо здесь.

— Так, Симаков. — Фомин подошел к Славскому. — Вот здесь эксперт, согласно протоколу осмотра места происшествия, зафиксировал следы ботинок с характерной деформацией каблука на правой ноге. Так?

— Так, — мрачно ответил Симаков.

— Те же следы обнаружены на лестнице и потом на влажной земле. Так?

— Ну и что?

— А вот что: следы, обмотанные полиэтиленом, практически смыты дождем. Так?

— Да что вы заладили: «так» да «так»."

"— А то, Симаков, что керамическую плитку выносили позже. Кто-то другой. Этот другой увидел взломанную дверь, поднялся, сложил плитку в мешок и уволок, потом сделал несколько ходок, вывозил на тележке решетки и ковку. Вот отсюда и следы велосипедных колес в протоколе осмотра. Тележка была на этих колесах. Такие мои соображения. Тут уж не сердись, Симаков.

Симаков отошел к окну, достал сигарету, закурил.

Все молчали.

Вадим посмотрел на Фомина. Старший инспектор по особо важным делам смотрел в спину Симакова сочувственно, без тени превосходства. Он сделал свое дело — выдвинул версию. Фомин был опытный сыщик. Точно так же лет десять назад он напрочь перечеркнул стройную и весьма убедительную версию самого Вадима, когда раскрывали ограбление склада ювелирной фабрики.

— Товарищ Славский, вы, пожалуйста, оставьте нас, — сказал Орлов.

Художник понимающе кивнул и пошел к лестнице.

— Ну что же, Симаков, пока у нас есть две версии — ваша и Фомина. Откровенно, я больше склонен доверять второй. Теперь так: кто такой Хоттабыч?

— Силин Петр Семенович, проживает: 3-й Зачатьевский переулок, дом 3, квартира 26. Ранее судим дважды. Первый раз по 122-й и по 206-й, части первой. Три дня не был дома. На квартире засада, — повернулся к Вадиму Симаков.

— Так, любопытно. Отпечатки пальцев, размер обуви?

— Соответствуют обнаруженным на месте преступления.

— Да, конечно, Симаков, у вас все прекрасно складывается. Версия отличная: взял Хоттабыч, то бишь Силин. Кстати, где он может быть?

— Жена говорит, что два дня не ночует дома, товарищ подполковник, — сказал Саша Крылов.

— Раньше с ним такое бывало?

— Да. Он запойный, даже на принудительном лечении был.

— Так что же, Крылов, важнейший фигурант по делу где— то пьет, а мы ждем.

Инспектор покраснел.

— Он делает все, что может, товарищ подполковник, — вмешался Симаков, — активный розыск начат вчера.

— Так, — Вадим усмехнулся, — приступим к нашим играм. Тем более что в отделении нас ждет следователь горпрокуратуры товарищ Малюков. Ты, Симаков, отправь к нему на допрос реставраторов, а мы пока сыск учиним. Потому как техника техникой, а нашего брата ноги кормят.