Ошибочный тест на отцовство

Костя обнимает меня сзади, шепчет в ухо – люблю. Скользит теплыми ладонями под мою кофту. Гладит живот, выше… Я с хрипом выдыхаю и запрокидываю голову. Как мало нам нужно, чтобы улететь. Синхронно шагаем к двери и скрываемся в спальне, которую раньше занимали с малышом. Теперь она наоборот только для взрослых…

Глава 20

Костя

В самые близкие минуты с ней я полностью очищаюсь. Все, что было до и будет после, перестает иметь значение. Остается только нежная кожа под моими пальцами. Горячая влага, готовая меня принять. Обхватывающая с такой судорожной силой, что меня не хватает на долгий марафон. Да он и не нужен обоим. Лина дергается от наслаждения за несколько секунд до.

Мне как обычно не хочется быстро покидать нежное пристанище. Откатываюсь чуть на бок. Коленом еще впечатываю ее в кровать.

– Я люблю тебя, – говорю слова, которые еще месяц назад не произнес бы в сторону хоть кого–то.

Да, во мне живет сыновья любовь к родителям, я тепло отношусь к близким друзьям. Во мне все больше зреет отцовская любовь к Лёве. Но то, что испытываю к Лине – другое. Это полностью осознанные и сильные чувства. Не заметил, когда они успели заполнить меня до краев.

– Я тоже тебя люблю, Костя.

Лина трется о мой подбородок лбом. Вдыхаю ее запах и понимаю – эмоции к ней не приходили постепенно. И не свалились на голову как снежный ком. Они как будто всегда сидели во мне. Ведь не зря я оставил ее возле себя, когда, казалось, она коварно меня обманывала. Я поверил ей уже тогда. Но просто из гордости не мог себе в этом признаться.

Я взял ответственность за них не только из благородного порыва. Хоть я, может быть, не самый плохой на планете человек… Нет, просто подсознание уже понимало – это моё. А дальше был просто путь, чтобы вытянуть эту правду наружу.

Теперь же мне хочется вытащить другие факты… Как, черт возьми, вышло, что тесты не показали моего сына?! Сейчас я доверяю Лине безоговорочно. Плюс, экспертизы папы и лаборатории спецслужб. Но что было с обычным ДНК?!

Лина совершенно не намерена копаться в этом. Для нее важность в другом. А вот мне ну просто очень любопытно!

Валяемся до обеда. Сын спит, нам тоже нужно восстановиться. А когда съедаем пасту с грибами и крученым мясом из доставки, оживает мобильный. Лаборатория.

– Да.

Элина поднялась наверх к малышу. Я убирал тарелки в мойку. Опускаюсь тут же на барный стул.

– Константин, это Евгений, – напоминает директор, хоть я узнал его, – мне есть, что вам сообщить.

Я раздражен на ситуацию. Но сотрудник администрации вежлив, искренне хочет докопаться до правды. Это подкупает.

– Слушаю, говорите, – прошу спокойным тоном. И на меня выливается странная инфа.

– Материал на пустышке – это не ДНК вашего сына, – опередив вопросы, медик поясняет, – то есть, грубо говоря, сосал ее не Лев.