Остров сбывшейся мечты
Когда на тебя в очередной раз наорут в автобусе, толкнут в метро, порвут новые дорогие колготки, а твоя семья отвернется от тебя, ты возненавидишь людей и страстно захочешь уехать туда, где их нет, где никто не лезет в душу – на необитаемый Остров…Он считал, что давка и ругань в метро – еще не повод возненавидеть людей. Надо только объяснить ей, что Остров – он внутри тебя. Если нет – его нужно создать, это проще, чем мечтать о недоступных островах Океании…Нельзя позволить ей разрушить твою жизнь, нельзя дать ей уничтожить себя. Лучше самому уничтожить ее. Но сперва пусть сбудется ее самая заветная мечта…Бойтесь собственных желаний, ведь иногда мечты сбываются. И тогда жизнь может превратиться в настоящий ад…
Никогда не знаешь, чем это может обернуться впоследствии. Она вспомнила Нинку и поморщилась. Если ее родители и старшая сестра и заслуживают благодарности, так только за то, что вдолбили в нее такую простую истину: не делись ни с кем своими историями, переживаниями и проблемами. А если делишься – будь готова к тому, что в самый неподходящий момент, когда ты будешь беззащитна, твоя откровенность ударит по тебе самой.
Вика покачала головой и выкинула мысли о семье из головы. «Пусть живут как хотят – без меня».
Она представила белую аккуратную гостиницу под пальмами и снова заулыбалась."
"Забавно, что никто не поверил в ее удачу, кроме нее самой. Дядя отнесся к происходящему скептически, Антошка – настороженно, Ленка – прохладно. «Подумаешь, две недели на каком-то там острове! Вика, ты сдохнешь от скуки, – заверяла неромантичная Ленка. – Вот если бы ты выиграла две недели лучшего в мире дайвинга!» Ленка, приземленная натура, не понимала ничего в островах. Ничегошеньки.
А вот Вика знала – знала сразу, как только две одинаковые девушки в уродливых лимонных костюмах бросились к ней с предложением выиграть в лотерею, – что она непременно что-нибудь выиграет, потому что удача на ее стороне. Она уже выиграла – вырвавшись из своей семьи, получив отличную работу, найдя себе друзей, хотя всю предыдущую жизнь была уверена, что с ней никто никогда не будет дружить… Значит, ей могло повезти и в этот раз. Правда, что повезет так, даже она сама не ожидала.
Поначалу, когда утихли визги лимонных девушек, она стояла слегка оторопевшая и не очень понимающая, какие же эмоции испытывает. Удивление… недоверчивую радость… И лишь потом, когда в ее квартире появился представительный мужчина с тонкой черной папкой, на которой серебристым росчерком была выведена непонятная монограмма, и деловито осведомился о том, как ей предпочтительнее оформлять визу, Вика словно окунулась в счастье, в восторженное предвкушение оживающей мечты. Настоящей мечты, то есть такой, которая сбывается сама по себе. Не пришлось достигать ее тяжким трудом, не пришлось ничем жертвовать, ползти к ней, обдирая колени по дороге. Если бы пришлось ползти, то это была бы не мечта, а цель, а ставить такую цель Вика не хотела. Мечта прекраснее цели.
Она мечтала попасть на необитаемый остров с шестнадцати лет. И даже точно помнила момент, когда ее мечта родилась: когда она увидела у подружки книгу – братья Стругацкие, «Обитаемый остров». Вика не читала Стругацких, но название заставило ее остановиться возле застекленной книжной полки, с которой смотрели забавные стеклянные зверушки: собачонки, бегемотики, ушастые мыши. «Почему же „обитаемый“? – удивилась она тогда. – Нужно было назвать „Необитаемый остров“.

















