Остров сбывшейся мечты
Когда на тебя в очередной раз наорут в автобусе, толкнут в метро, порвут новые дорогие колготки, а твоя семья отвернется от тебя, ты возненавидишь людей и страстно захочешь уехать туда, где их нет, где никто не лезет в душу – на необитаемый Остров…Он считал, что давка и ругань в метро – еще не повод возненавидеть людей. Надо только объяснить ей, что Остров – он внутри тебя. Если нет – его нужно создать, это проще, чем мечтать о недоступных островах Океании…Нельзя позволить ей разрушить твою жизнь, нельзя дать ей уничтожить себя. Лучше самому уничтожить ее. Но сперва пусть сбудется ее самая заветная мечта…Бойтесь собственных желаний, ведь иногда мечты сбываются. И тогда жизнь может превратиться в настоящий ад…
Ей показалось, что ветер пахнет иначе, чем обычно; встав, она прошла несколько шагов по берегу, принюхиваясь. И остановилась, прижав руки к губам.
Черная фигура, покачиваясь, выходила из леса. Контуры фигуры были четкими, но там, где заканчивалась шея и начиналась голова, контуры расплывались, словно голова была в воде. Человек приближался, идя ровно по тени, отбрасываемой под луной одной из пальм.
Вику пригвоздило к месту. Онемев от ужаса, она смотрела на подходившего к ней человека, понимая, что голову ему отъели мурены, и пытаясь понять, как же он идет – без головы… Как только она подумала об этом, фигура замерла, покачнулась и повалилась вперед, как бревно. В ту же секунду в двадцати шагах от нее из леса появилась другая. Еще дальше – третья. Затем – четвертая, пятая, шестая…
Они сползались к Вике со всех сторон: у некоторых не хватало рук, одна была объедена сбоку и шла, пошатываясь, то и дело теряя равновесие. Вика не могла закрыть глаза, не могла вдохнуть воздух, наполненный запахом разложения. Сзади раздался шорох, но она не стала оборачиваться, поскольку знала: мурены выползали из моря. Они объедят и ее: сначала правую руку, потом – левую, затем перекусят шею и лишь под конец примутся за голову.
Фигуры все шли и шли к Вике из леса, падая, не доходя до нее всего нескольких шагов. Она разглядела, что некоторые из них улыбаются, но жуткими улыбками мурен, и зубы их растут, изгибаясь внутрь. Кто-то ласково и осторожно прихватил ее за тонкую щиколотку, но Вика даже не пошевельнулась. Бесполезно. Она лишь бросила взгляд вниз, ожидая увидеть длинное пятнистое тело, но вместо мурены увидела голову – безглазую голову без тела, впившуюся зубами ей в ногу. Из ошметков того, что когда-то было шеей, вытекала желтоватая слизь. Вика закричала от омерзения и проснулась.
Один из ящиков, служивших ограждением ее спального места, упал, прижав ей ногу. Дрожащими руками Вика поставила его ровно, убедилась, что он не упадет, и глубоко вдохнула и выдохнула несколько раз. «Сон во сне… Господи, это просто сон во сне… Как страшно…»
Она не выдержала и тихонько заплакала, утирая слезы рукой, перепачканной в песке. Господи, как жутко. Как хорошо, что это всего лишь кошмар.
В лесу за ее спиной раздалось шуршание, Вика резко обернулась и вскочила. Одна из теней под пальмой начала сгущаться, и спустя минуту уже можно было различить вполне отчетливые контуры человеческого тела, у которого не было головы. Девушка пронзительно закричала и бросилась бежать прочь, не оглядываясь.
Макар, Сергей и Вениамин Рощин сидели в том самом кафе, из которого Веня вышел десять минут назад. Илюшин, первоначальный план которого сорвался, решил ковать железо, пока горячо, и вцепился в Рощина как клещ.

















