От Лукова с любовью

Кому он посылал эсэмэс? И что он писал?

Только я начала гадать, что он пишет, как он отвел взгляд от телефона и сказал:

– Ладно. Если это всего четыре часа, я могу отвезти тебя туда, а потом подбросить домой.

Постой. Потом?

– Ты собираешься вернуться и забрать меня? – нахмурившись, спросила я.

Он поджал губы таким манером, от которого я обычно приходила в бешенство, потому что казалось, будто он принимает меня за идиотку.

– Нет. Это в противоположной стороне от моего дома, умница. Я посижу с детьми вместе с тобой, а потом отвезу тебя домой… если это продлится всего четыре часа.

Позже мне нужно быть дома.

Зачем ему нужно было быть дома? Кто-то ждал его? У него… была подружка?

– Ты едешь? – продолжал Иван.

Это меня не касалось. Никак.

Нет, никак не касалось.

Я с трудом сглотнула.

– Ты просто можешь подбросить меня, а сестра или ее муж потом отвезет меня домой.

Мне не нужно было видеть его глаз, чтобы понять, что он закатил их.

– Заткнись и садись в машину. Я могу отвезти тебя, если мы не задержимся допоздна.

У него была подружка, разве не так?

– Тебе не нужно оставаться… – начала было я, но он прервал меня.

– Садись, Фрикаделька, – потребовал он, уже закрывая окно.

Искоса поглядывая на него и напоминая себе о том, что, чем бы он потом ни занялся, ко мне это не имеет никакого отношения, я села в машину. И он повез меня к сестре, и теперь мы были здесь, и я ждала на мощеной подъездной дорожке и спорила с Иваном после наших препираний насчет того, медленно он водит машину или быстро.

Он водил медленно.

Вот так я оказалась у дома Руби вместе со стоящим рядом со мной Иваном.

– Входи! – услышала я оклик сестры с другой стороны двери. Всего через секунду дверь открылась, и там стояла она, сияя радостной широкой улыбкой, вызывавшей у меня такое чувство, будто ради своей сестры я убила бы кого угодно и в придачу съела бы его сердце.

 – Джес. – Она колебалась всего секунду, прежде чем шагнуть вперед и обвить меня своими руками.

Я в ответ обняла ее, решив умолчать о том, что она замялась, прежде чем прикоснуться ко мне. Разве я когда-нибудь возражала против ее объятий? Я не могла припомнить, и от того, что я, возможно, однажды заставила ее дважды подумать, стоит ли ей, к примеру, обнимать меня, у меня все сжалось внутри.

Я могла бы уладить это. Я могла бы поработать над этим.

Отступив назад, я кивнула на Ивана в тот же момент, когда ее взгляд остановился на нем."

"– Я привела подкрепление, чтобы позаботиться о бандитах.

Лицо сестры моментально порозовело, и она сдержанно кивнула, переводя взгляд с меня на него и обратно.

– Привет, Иван, – выдавила она.

Иван мило улыбнулся. Потом, поскольку он протянул ей руку и она сделала то же самое, он взял и слегка пожал ее.

– Рад снова видеть тебя, Постреленок.