Я так тебя ждала

— Потому что ты уверена, что у тебя теперь есть привилегированное положение перед другими врачами, а это не так. Эти несколько ночей, что мы… Это не значит, что теперь между нами что-то есть.

— Несколько ночей? — подняла она брови вверх. — Старков, мы с тобой спали много ночей.

— И это было прекрасно, — пожал я плечами. — Но я никогда не давал тебе надежд на отношения. А ты их хочешь, так ведь?

— Конечно… Неужели ты не понял, что я тебя люблю? — тихо спросила она.

Я вздохнул. Ну и как в такие моменты сказать женщине, что ее чувства не взаимны?

— Стелла, я не могу тебе ответить тем же. Понимаешь?

— Ты… А когда ты в постель со мной ложился, ты о чем думал? — спросила она, тяжело дыша.

— Я? — спросил я. — А сама как думаешь? Ты сама меня туда тащила, между прочим.

— Ну ты и сволочь, Старков, — покачала она головой.

Я недовольно поджал губы.

— Ты сама этого хотела, разве нет?

— Ты меня использовал!

— А может, ты меня?

— Нет, я тебя любила! А ты… Ты что — увлекся правда этой выпускницей вчерашней?

— Стелла, Лада тут не причем, что ты ее сюда вплетаешь? — начал раздражаться я. — Давай мы с тобой договоримся раз и навсегда — ты руководишь отделением терапии и обращаешься ко мне только по рабочим моментам. Не стоит ходить в мой кабинет как к себе домой. Зря я это позволил тебе.

— Вот так значит, да? — почти плакала Стелла, а я себя чувствовал уродом… Но выбора мало. Раз уж я начал этот разговор, нужно его закончить.

— Если ты сама сюда не прекратишь ходить — я тебя сниму с должности и посажу обычным терапевтом принимать пациентов. Тебя поставят в расписание, и ты просто не сможешь в часы приема покинуть рабочее место, а за отсутствие на нем будешь получать штрафы. Надеюсь, мы не дойдем до этого, и ты меня услышишь с первого раза.

Стелла медленно пошла к двери. У выхода она обернулась.

— А я надеюсь, ты поймешь, что неправ насчет меня, — сказала она. — Я тебя люблю, и буду любить. Я тебе подхожу гораздо больше, чем молодая девочка с поломанной судьбой. Не губи ее, Старков. Ты ей не нужен в свои сорок два.

Она вышла и закрыла за собой дверь.

К чему она все это мне наговорила?

Я и не собирался никого губить. Конечно, логично, что для двадцатилетней девчонки я уже, наверное, как старик, но я ведь и не рассматривал возможность отношений с Ладой, и вообще не смотрю на нее как на женщину.

С чего Стелла это все взяла?

Глупости какие-то…

Перед отъездом заглянул к предмету нашего спора со Стеллой.

Лада была переведена в обычную палату, шла на поправку, стала принимать пищу, хоть и пока без особого энтузиазма, и мы решили готовить ее к переводу в другое отделение. Хирургия ей больше ни к чему. Хотя я все равно буду продолжать ее курировать в другом отделении.