Я так тебя ждала

 — Если нам суждено встретиться снова, или если он сам этого захочет — то найдет меня.

— Ну-у… — протянула Линда. — Может быть ты и права…

— Конечно, права, — встала я на ноги. — Давай, ложись спать. Завтра рано вставать. Время все расставит по местам…

* * *Прошло около десяти дней после моего возвращения домой.

О плохом старалась не думать.

О Старкове старалась не вспоминать.

Зачем? У него и без меня полно забот…

Но спустя неделю он дал о себе знать сам.

Звонок телефона заставил меня отложить дела — мы только что с мамой достали из духовки пирожки.

Я вытерла руки от муки и посмотрела на дисплей — доктор Старков.

Надо же — он решил мне позвонить?

Сердце гулко забилось в груди.

Я нажала на кнопку принятия вызова и приложила трубку к уху.

— Да.

— Лада, здравствуй, — услышала я его голос.

Внутри все так и дрожало. Я как будто ждала этого звонка…

И даже про Рому почти забыла, чаще стала вспоминать о Константине…

Это очень странно.

Как он смог так на меня повлиять?

Интересно, спросит ли он снова то, на что я ему не успела ответить?

Вроде бы я и сама решила, что так лучше, но… В глубине души мне хотелось, чтобы он спросил.

— Здравствуйте, Константин Николаевич, — ответила я и вышла с кухни, чтобы спокойно поговорить. Мама проводила меня задумчивым взглядом — она поняла, что звонил Старков… Но не понимала, зачем именно. Я ей не рассказывала, что, кажется, между нами все же возникло нечто большее, чем просто отношения врача и пациента. Какое-то едва заметное притяжение, сопротивляться которому трудно. И ему — тоже…

— Я хотел узнать, как ваши дела, — говорил он мне.

— Вы о моем здоровье? — спросила я.

— И об этом тоже. Ты продолжаешь тренировки?

— Да, ко мне приходил врач, но он сказал, что вчера у нас было последнее занятие, и больше они мне не требуются.

— Да, верно, — ответил он, словно у него все было записано о моем лечении даже за пределами его клиники. — Как раз вчера и должны были кончится тренировки. И как результат?

— Все хорошо, — ответила я. — Не бегаю пока и не танцую, но хожу вполне сносно. И даже не как пингвин, хоть и пока без каблуков.

— Как пингвин… — повторил Старков и мягко рассмеялся. — Ты и не ходила как пингвин. Ты с самого начала была большая молодец. А вот каблуки — да, пока тебе просто противопоказаны.

— Знаю… — вздохнула я.

— Ты так любишь каблуки? — тут же отозвался он на мою реакцию.

— Нейтрально к ним отношусь, — ответила я. — Но вскоре мне предстоит вернуться в офис. Не в кроссовках же мне бегать по этажам? Да еще и в платье…

— Есть варианты красивой обуви без каблука, — озвучил он то, что я и сама, конечно же, знала. И даже приобрела такую обувь — мокасины и балетки. — Твои прекрасные ноги она точно не испортит. Это невозможно.

Я смутилась Щеки стало печь.