Отель последней надежды

Потом контрольный пакет перекупили какой-то русский по фамилии Вавилов — должно быть, из эмигрантов — и сэр Майкл Фьорини. И они первым делом уволили управляющего, за что персонал отеля не устает поминать владельцев добрым словом каждый божий день!..

Из широкого светлого коридора Надежда свернула на черную лестницу и придержала перед многочисленными мужчинами дверь:

— Теперь сюда, пожалуйста.

Камуфляжный майор все время шел по схеме. В руках у него был план отеля, и он то и дело с ним сверялся.

Черная лестница оказалась узковата, и по ней приходилось подниматься гуськом, но все равно они Надежду вперед не пропустили.

Только когда дошли до железной сейфовой двери, движение застопорилось. Ключи были у Надежды, которая шла последней, а больше ни у кого их не было, и тут все пришли в замешательство.

Первым пришел камуфляжный майор, который оторвался от схемы и тяжело уставился на дверь. Вторым Лари или Гарри, который уставился на майора, а третьим Уолш, который посмотрел сначала на дверь, а потом оглянулся на Надежду.

— Разрешите мне пройти вперед. Если я открою дверь, вам будет удобней осматривать чердак.

— Ключи всегда у вас? — осведомился Уолш.

— Ключи всегда у нашей охраны, — любезно объяснила Надежда. — Сейчас ключи мне передал управляющий, чтобы я могла открыть вам дверь.

— Сколько экземпляров ключей существует?

— К сожалению, я не знаю. Мы редко ими пользуемся.

— Мы?

— Мы — это служба портье, которую я возглавляю, — еще более любезно сказала Надежда и потеснила Лари или Гарри, который мешал ей пройти к двери, а следом за ним и камуфляжного. — Нам, как правило, нечего делать на чердаке.

Уолш кивнул, как бы принимая ее иронию.

Камуфляжный майор спрятал в карман свой план-схему, что-то быстро сказал по-английски. Надежда не разобрала, что именно, и Уолш протиснулся мимо Лари или Гарри к нему, на последнюю ступеньку.

Вдвоем они зачем-то ощупали дверь — Уолш сверху, майор снизу, переглянулись и опять прострекотали что-то трудноопределимое.

Может, у спецслужб есть какой-то секретный язык, на котором они начинают говорить, когда хотят, чтобы их не понимали посторонние?!

Уолш вдруг положил обе ладони на дверь, навалился всей тушей, тряхнул ее раз, другой и отнял руки. Железная сейфовая дверь, на которой не было даже ручки, запертая на несколько замков, вдруг дрогнула и медленно приоткрылась.

Надежда от неожиданности сделала шаг назад.

Уолш с верхней ступеньки стремительно обернулся к ней:

— Когда дверью пользовались в последний раз?

— Я не знаю.

— Как случилось, что она осталась открытой?

— Господин полковник, я не знаю!

— Как часто в гостинице происходят кражи и другие чрезвычайные происшествия?

Надежда стиснула зубы.

— Нечасто.