Отель желаний

Я совершила ошибку, встав на сторону брата, когда нужно было позволить Игнату поставить его на место. Отношения закончились без ссор и обид, он просто ушёл.

‒ А дети? ‒ Лана вздрагивает, как от удара током.

‒ Что дети?.. ‒ шепчет.

‒ Детей с блондином не планировали?

Отворачивается, пряча глаза. Непонятная реакция, которую я уловил несколько дней назад, когда спросил её, задумывалась ли она о ребёнке. Что-то едва заметное, острое, болезненное тенью проскользнуло на лице Ланы, оставив неприятное воспоминание во мне. Сейчас, когда она сжалась в моих руках, понимаю, что мой вопрос возможно останется без ответа. Но другого случая достучаться не будет.

‒ Расскажи, ‒ прошу ‒ мягко, с опаской, что оттолкнёт."

"‒ Лис, я была вместе с родителями, когда они разбились. ‒ Одно предложение, а мой пульс за секунду разгоняется до сумасшедшего. ‒ На заднем сидении. Пристёгнута. Удар пришёлся в сторону водителя. Машину отбросило в сторону, впечатав в отбойник. Папа умер на месте. Мама ещё сутки прожила в больнице. У меня перелом правой руки, ключицы, сотрясение мозга и внутренние повреждения. Мне сделали операцию, и я… ‒ осекается, поджав губы.

‒ Ну?

‒ Это слишком личное, Лис.

‒ Мне ты можешь рассказать всё, ‒ заключаю её лицо в ладони, зафиксировав перед собой.

‒ Мне удалили один яичник, да и со вторым не всё идеально, ‒ выдаёт скороговоркой. ‒ Мои шансы забеременеть пятьдесят на пятьдесят, а, возможно, и того меньше. Регина меня уверяла, что сейчас есть множество способов справиться с этой проблемой, нужно лишь время, терпение и желание.

‒ А блондин ждать не захотел. Я правильно понимаю? ‒ Лана согласно кивает. ‒ Я терпелив, Вишенка.

‒ О, да, терпения тебе не занимать, Елисей Маркович! ‒ улыбается, но тут же становится серьёзной. ‒ Ты правда готов ждать, сколько потребуется?

‒ Я решу любые проблемы. Только впусти в свою жизнь, перестань отталкивать и бежать. Я не требую сдаться, желаю лишь стать широкой спиной, за которой ты всегда можешь укрыться.

Её глаза блестят от подступающих слёз. Бродит взглядом по моему лицу, часто дышит. А я, будто приговорённый, ожидаю вердикта, который прямо сейчас вынесет моя несносная Вишенка. Так близко, как сейчас, я никогда не был, и, если Лана вновь закроется, отдалится, мне уже не вернуться в её маленький мир.

Жду слов, но взамен получаю поцелуй ‒ глубокий, сладкий, ‒ будто душу из меня выпивает, вытягивая без остатка, но отдаёт взамен себя. По телу скользит обжигающий жар, пробираясь под кожей и опаляя сердце. Зарываюсь пятернёй в длинные волосы, притягиваю ещё ближе, чтобы не ускользнула, позволила насытиться. Погружаюсь в забытьи, сосредоточенный на Лане, но на краю сознания всё же плавает мысль, которую я озвучил сегодня Артуру.