Отель желаний

Ждали, или просто присматриваются к новым лицам в ожидании подвоха?

Мне нужен управляющий. Точнее, она ‒ ""милая Лана"", как называл отец эту девушку. Он говорил о ней так часто, что мама иногда ревновала, но не было в его словах сексуального подтекста, выраженного мужским интересом, скорее, мягкость, словно он говорил о дочери."

"Мне указывают в направлении её кабинета. Не знаю, как общаться с Ланой. Я ни хрена не знаю о гостиничном бизнесе и что означает «присмотреть» на языке моей матери пока не понял, съедаемый сомнениями ‒ а нужен ли этим людям вообще мой присмотр?

Насколько я понял, у Ланы есть доверенность на ведение основных дел. Вот пусть и ведёт, я же вернусь к привычной жизни, уделяя всё внимание собственному бизнесу. Сегодня приходит партия Порше, а я занят чёрт-те чем в незнакомом для меня месте.

Но как только дохожу до приоткрытой двери с табличкой «Управляющий», резко останавливаюсь в дверях. Вижу её.

Я вспомнил. Всё вспомнил за долю секунды и картинки стремительным потоком понеслись в памяти, словно это было вчера.

‒ Отпусти меня, Кретов. Отпусти и позволь жить, как я того желаю, ‒ шипит Ольга мне на ухо.

‒ Оля, давай дома поговорим. У моей сестры день рождения. Не устраивай представление на глазах у полсотни человек в отеле моего отца. Здесь слишком многолюдно для семейных разборок.

‒ Я желаю связать свою жизни с Алексеем. Я больше тебя не люблю, ‒ не унимается.

И зачем мы только пришли, знал же, что ничем хорошим наше «воссоединение» не закончится, но пока не готов объявить семье о разводе. Да и с Аллой необходимо поговорить, объяснить. Ей хоть и шестнадцать, но ведёт она пока себя, как ребёнок.

‒ Ты уйдёшь, как только я объясню сложившуюся ситуацию нашей дочери. Что бы ты не делала, я хочу, чтобы у нас с ней сохранились близкие отношения.

‒ Делай, что хочешь. Можешь забрать её себе.

‒ Ты прямо-таки мать года, Ольга. Она пожелает остаться с тобой, и её решение я приму.

‒ Когда ты с ней поговоришь? ‒ Дёргает меня за руку, и теперь каждое прикосновение женщины, с которой я прожил семнадцать лет вызывает исключительно отвращение.

Молча поднимаюсь, чтобы найти укромное место в отеле отца. Мне нужна передышка, на пару минут и тогда я смогу снова улыбаться почти бывшей жене в присутствии дочери. Бреду по первому этажу в поисках хоть какого-то укромного закутка, в конце коридора упираясь в дверь с табличкой «Комната отдыха». Что ж, самое подходящее место.

Захожу, попадая в темноту и, пока мои глаза привыкают к полумраку, улавливаю шум воды из-за двери, из-под которой тонкой полоской пробивается свет. Не задумываясь, нажимаю на ручку и, приоткрыв дверь, замираю от картинки, представшей перед глазами.