Номер 19
Мастер Хоррора Александр Варго вновь шокирует читателя самыми черными и жуткими образами.Светлане очень нужны были деньги. Ей чудовищно нужны были деньги! Иначе ее через несколько дней вместе с малолетним ребенком, парализованным отцом и слабоумной сестрой Ксенией вышвырнут из квартиры на улицу за неуплату ипотеки. Но где их взять? Она была готова на любое преступление ради нужной суммы.Черная, мрачная, стылая безнадежность. За стеной умирал парализованный отец.И тут вдруг забрезжил луч надежды. Светлане одобрили заявку из какого-то закрытого клуба для очень богатых клиентов. Клуб платил огромные деньги за приведенную туда девушку. Где взять девушку – вопрос не стоял, и Света повела в клуб свою сестру.Она совсем не задумывалась о том, какие адские испытания придется пережить глупенькой и наивной Ксении…Жуткий, рвущий нервы и воображение триллер, который смогут осилить лишь люди с крепкими нервами.Новое оформление самой страшной книжной серии с ее бессменным автором – Александром Варго. В книге также впервые публикуется ошеломительный психологический хоррор Александра Барра.
– Ты совсем идиот? Дай сюда!
Глеб пытается выхватить оружие, но его друг с неожиданным проворством отскакивает в сторону, убирает сверток за спину и мотает головой, мол, не-а, так не пойдет.
– Сделаю что должен.
Владимир говорит, что теперь у него есть решимость реализовать план, который давно вынашивает. План отомстить. Всем и за все. Он расхаживает от окна к скамейке и обратно. Ходит, рассуждает и сам понимает, что не сделает ничего плохого. Даже если будет уверен, что сто процентов ничего ему за это не будет.
Не сделает.
– И волки сыты, и овцы целы. Ферштейн?
– Это коньяк…
– На самоделке отпечатков не найдут. И виновного не накажут, пусть и не пытаются, но поделом. И ей. И я… И…
– И ты несешь пьяный бред, говорю. Отдай мне.
– Мужики! – В курилку заглядывает обеспокоенная голова сержанта. – Там, на фиг все. Вас…
Он замечает нетрезвое состояние коллег и с огорчением, что его не позвали, продолжает:
– Оооо. Да вы тут, я смотрю, уже молодцы.
– Чего хотел? – спрашивает Владимир и быстро убирает свой пакет обратно в карман.
– Я ничего не хотел. Тех двоих, как просили, оформил.
– Ну, молодец. Спасибо.
– А вот Брянцев. Теперь он, на фиг, носится по отделению, разыскивает тебя и грозит увольнением.
– Зачем?
– Один из задержанных сыночек, нафиг, чей-то оказался. Какой-то шишки важной. И его, понимаете ли, обидели.
– И что?
– И то… Ищет, говорю."
"– Ну, скажи ему, что ушли. Скажи, что не нашел. Мы вообще сейчас патрулируем.
– Да. Вижу, на фиг. Работа кипит. До обеда уже напатрулировались. – Он машет рукой перед носом, отгоняет неприятный запах.
– Давай. Все.
Глеб поднимается и, пошатываясь, идет к молодому коллеге.
– Не надо тут. Видишь, у нас обстоятельства.
– Угу. Помню, на фиг, солидарность.
– Ну вот. Раз помнишь, значит, завтра… значит, поговорим.
– А сегодня?
Сержант с угасающей надеждой в глазах смотрит на коллег.
– А сегодня, иди. – Глеб меняет тон на любезно-мягкий. – Ты иди. И мы тихонько пойдем.
Друзья практически синхронно бросают окурки.
– Как пойдете? Куда, на фиг?
– Ту-да, – Глеб показывает на выход.
– А Брянцев? Что я ему?
– Все. Выдохни. И действуй.
– Да, сержант. Действуй. Придумай что-нибудь. Ты же у нас вон какая голова… светлая.
– Но.
– Никаких но.
– Никаких, – добавляет Владимир.
– Набрянцай ему убедительного. Скажи – ребята на задании.
– Сержант, жалобы жильцов из пятого, помнишь?
– У них, на фиг, урны вроде бы.
– Да. Урны пропадают. Женщина там еще такая живет, с рыжими волосами, шумная.
Сержант кивает.
– Ну, вот. Скажешь Брянцеву, с ними разбираемся.
Друзья одновременно пригибаются и идут через пожарный выход, а сержант остается один на один с тлеющими окурками, с негодованием начальника и мыслью о том, что солидарность какая-то несправедливая получается.