Номер 19
Мастер Хоррора Александр Варго вновь шокирует читателя самыми черными и жуткими образами.Светлане очень нужны были деньги. Ей чудовищно нужны были деньги! Иначе ее через несколько дней вместе с малолетним ребенком, парализованным отцом и слабоумной сестрой Ксенией вышвырнут из квартиры на улицу за неуплату ипотеки. Но где их взять? Она была готова на любое преступление ради нужной суммы.Черная, мрачная, стылая безнадежность. За стеной умирал парализованный отец.И тут вдруг забрезжил луч надежды. Светлане одобрили заявку из какого-то закрытого клуба для очень богатых клиентов. Клуб платил огромные деньги за приведенную туда девушку. Где взять девушку – вопрос не стоял, и Света повела в клуб свою сестру.Она совсем не задумывалась о том, какие адские испытания придется пережить глупенькой и наивной Ксении…Жуткий, рвущий нервы и воображение триллер, который смогут осилить лишь люди с крепкими нервами.Новое оформление самой страшной книжной серии с ее бессменным автором – Александром Варго. В книге также впервые публикуется ошеломительный психологический хоррор Александра Барра.
Каждый хочет выглядеть воспитанным и внимательным. И каждый купит букет или хотя бы один цветочек.
Глеб затаптывает окурок, поправляет прическу и заходит в заведение для душевнобольных.
По пути он подготовил и отрепетировал целую речь, чтобы объяснить, кто он такой, зачем пришел и к кому. Но произнести заготовку ему не дают. В окне регистратуры на него смотрит знакомое лицо Катиной сестры. Она мгновенно узнает Глеба и осуждающе качает головой.
– Чего пришел?
– Доброе утро.
– Ну теперь не совсем уже доброе.
Она никогда не испытывала теплых чувств к Глебу. Всегда считала, что он не подходит ее сестре. Говорила, что он обманет, обидит, использует и бросит Катю. И она никогда не забывала продемонстрировать сестре свое отношение к Глебу. По любому поводу повторяла – вы с ним, с «этим», не пара. Чувствовала, наверное, что-то. И ее чутье не подвело.
В итоге она оказалась права.
– Я…
– Ты в качестве пациента к нам?
Она не дает вставить слово, не дает объяснить. Но Глеб пропускает мимо ушей глупые колкости.
– Мне бы. В общем…
Глеб не хочет грубить, но и особо любезничать настроения нет.
– Я к Кате приехал. И мне нужно…
– Не нужно. Вали откуда приехал.
Девушка отворачивается и делает вид, что сильно занята. Двигает шуфлядку, поправляет журнал.
– Послушай. Мне очень жаль, что мы вот так с твоей сестрой. – Владимир зачем-то начинает оправдываться. – Жаль, что у нас…
Лицо в окошке искривляется. Вот-вот пальцы скрутятся в неприличном жесте и направятся в сторону Глеба.
– В общем, не хочу ворошить прошлое. Я тут не за этим. Позови, пожалуйста, Катю. Я приехал по работе.
Лицо в окошке морщится, словно сейчас девушку стошнит. Она бросает взгляд на букет.
– Уходи.
Вот зря она так.
Терпение у Глеба есть. Есть. Но оно не резиновое. И в лучшем своем настроении он мог бы ей нагрубить. А сегодня, можно сказать, – сама напросилась.
Вдох.
– Глеб? – слышится за спиной знакомый голос.
Он оборачивается.
Катя выходит из-за угла.
Она несет какие-то тапки. Или это конверты. Несет какие-то поделки пациентов. Несет вязанный спицами или крючком результат, нет, продукт контактной терапии.
Глеб это знает.
Считается, что лепка, рисование, оригами и прочие подобные занятия положительно влияют на состояние пациентов. Возможно, оно так и есть, но куда складывать бесконечную коллекцию? Где хранить шедевры? Поделки запрещено выбрасывать.
Выдох.
На секунду Глеб огорчается, что не удалось поскандалить, но тут же переключается и выдает свою вторую заготовленную фразу.
– Привет, Кать.
Его глаза застывают на голове медсестры. И он едва сдерживается, чтобы не засмеяться.
На девушке надет забавный чепчик. Видимо, очередное нововведение в дресс-код больницы.