Госпожа Доктор

Этот поцелуй был далеко не таким, как наш первый – случайный, робкий, словно нарушающий какие-то невидимые границы. Этот был осознанным, настоящим, словно мы наконец позволили себе быть честными друг с другом.

Его пальцы скользнули вверх по моей спине, чуть задержавшись у основания шеи. Это движение было таким интимным, таким естественным, что я едва сдержалась, чтобы не прижаться к нему еще ближе.

В этот момент все мое существо кричало, что это неправильно. Что так нельзя. Что это опасно. Но я не могла остановиться. Не хотела.

Его губы оторвались от моих всего на миг, но только для того, чтобы он мог заглянуть мне в глаза.

Его взгляд был глубоким, проникающим, будто он хотел увидеть все, что я пыталась скрыть."

"– Анна… – прошептал он, его голос звучал хрипло, словно он тоже боролся с чем-то внутри себя.

Но я не дала ему закончить. В этот момент я не хотела слышать слов – они могли все разрушить. Вместо этого я снова потянулась к нему, позволяя своим губам найти его в темноте коридора.

И он ответил поцелуем еще более отчаянным. Это было как попытка удержать что-то ускользающее, что-то, что мы оба знали, вот-вот сбежит от нас.

Но в этот момент я не могла думать о запретах, о последствиях.

Его руки сжали мои плечи, с нажимом прошлись ниже по рукам, снова соскользнули на талию. Рей притянул меня еще ближе, слегка толкнул, вжимая спиной в стену. Я едва не потеряла себя, когда он буквально всем телом прижался ко мне. Его пальцы на моей талии держали столь крепко, словно он через силу сдерживал их…

Я не знала, сколько длился этот поцелуй. Секунды? Минуты? Время остановилось. Все, что имело значение, – это он, его прикосновения, его дыхание, его губы.

Но внезапно он резко отстранился, словно кто-то выдернул его из этого момента.

Его дыхание было тяжелым, а взгляд – напряженным и немного растерянным.

– Мы не должны… – начал он, но его голос дрогнул.

– Почему? – прошептала я, все еще ощущая жар на губах. Он сжал челюсти с отчаянно болезненным выражением на лице. Будто пытался найти ответ, который мог бы убедить нас обоих.

– Потому что… – он замолчал, глубоко вздохнул. – Потому что я могу потерять контроль.

Его признание заставило мое сердце замереть. Но вместо того, чтобы испугаться, я почувствовала себя сильнее.

– Может, это не так уж плохо, – тихо ответила я, не отводя взгляда.

Что ты творишь, Анна?

Возможно, это была моя сиюминутная слабость… А возможно я хотела понять, каков он сам. Чего он хочет? Все во мне болезненно сжалось в испепеляющем ожидании. Он закрыл глаза, борясь с собой, а затем снова посмотрел на меня.

– Ты не понимаешь, Анна. Если я потеряю контроль, я могу потерять и тебя.

Его слова окатили меня, как холодный душ.

Разум, постепенно возвращаясь, возмущенно вопил внутри моей черепной коробки.