Отпуск с последствиями

– Ты знаешь, я так проголодалась, что сейчас бы слопала все что угодно.

– Ну, раз я пробудил твой голод, то мне тебя и кормить! – заявил Тушнов, прытко вскакивая с кровати. – Но сначала нам не помешает освежиться. Давай наперегонки."

"И он правда рванул к двери, ведущей в патио, словно им было лет по восемь. Не желая уступать, Катя ринулась следом, но, конечно, обогнать Диму у нее не получилось. Он уже нырнул в бассейн. И теперь совершенно бесстыже плыл под водой, сверкая голым поджарым задом. Недолго думая, Катя разбежалась и сиганула в воду, подняв  в воздух тысячи хрустальных брызг. Если днем вода была теплой, как парное молоко, то к вечеру она и впрямь бодрила.

Катя вынырнула. Вокруг ее талии тут же сомкнулись Димины руки. К спине прижалась его горячая грудь, а ушка коснулись губы:

– Ну, что, пойдем ужинать? Или еще немного поплаваем?

Он был снова возбужден. Катя задрожала.

– Я за…

– За ужин? Или за заплыв? – усмехнулся Тушнов, поворачивая её лицом к себе.

– Да… – пролепетала снова, ничего не прояснив. Губы приоткрылись. Соски напряглись, выступая над подсвеченной водой двумя спелыми вишнями.

– Запрыгивай. Я тебя покатаю.

Катя нерешительно коснулась предплечий Димы ладонями. А он ее приподнял. Заставляя обвить свои бедра ногами.

– Кажется, кто-то снова хочет сладкого.

–Ну, не знаю. Я еще не пробовал.

– Чего?

– Тебя на вкус.

Может быть, он хотел ее этим смутить. Но Катя была не из робких, несмотря на то, что у нее за всю жизнь до Тушнова был всего один партнер.

– Говори, если захочешь устранить это недоразумение, – жарко прошептала она, медленно на него опускаясь.

– Непременно. А ты?

– Что я?

– Попробуешь меня?

– Если у тебя останутся силы.

– Сомневаешься? – рыкнул Дима, резко врезаясь и отступая тягуче-нежно.

– Кто вас, вегетарианцев, знает?

Заканчивал он хохоча. После долго целовал ее горящие, покрытые не то водой, не то испариной щеки. До безумия ей благодарный. За счастье, что она подарила. Но одновременно с этим и настороженный. Это счастье был так зыбко, что его мог спугнуть звонок телефона.

– У вегетарианцев вкусней, – усмехнулся он, выбираясь на сушу.

– Серьезно? Откуда такая уверенность? Мы же вроде сошлись на том, что ты не по мальчикам.

– Ай, да ну тебя!

– Нет, я серьезно, Тушнов. Чем докажешь? Неужто проводились какие-то исследования? И дегустатор был? – дразнила его Катя. Она не соизволила даже вытереться. И теперь пятилась в сторону патио, одетая лишь в брызги воды и лунный свет. Он опять ее хотел. Будто ему не сорок, а, по меньшей мере – шестнадцать.

– Ну, это как у коров, знаешь? Если будешь кормить их грушами, получишь грушевое молоко.

– Ты это сейчас придумал?

– Да нет же! Это чистая правда. Мамой клянусь! – вспомнил некстати Вагана и добавил вызывающе: – Ну, хочешь, прямо сейчас попробуй.