Любовь Демона

— Кстати, с кем ты ее оставил? — спохватывается Ангелина, а сама руку незаметно высвобождает. Переживает, чтобы Лидия не увидела? Или просто противно?..

— Медсестру какую-то попросил присмотреть. Она мимо проходила.

Лидия громко фыркает и закатывает глаза. Ангелина ничего не говорит, но ускоряет шаг.

Мы быстро поднимаемся в отделение. Миланка при виде нас бросается навстречу.

Сначала к Ангелине, потом ее перехватывает бабушка. Но дочка смотрит на меня с таким явным сожалением, что меня внутри затапливает волной благодарности.

Я ничем не заслужил, чтобы по мне так скучали. Я не стою даже ее маленького мизинчика. Бабушка явно постаралась для нее намного больше, но моя девочка не сводит с меня восторженных глаз.

Хоть куда-то я смотрю и в отражении не виду уебка.

Медсестрица, которую я в палату затолкал, хоть и не выглядит довольной, но и не возмущается.

Правильно делает. Достаю из портмоне пятьдесят баксов и ей в руку вкладываю.

— Спасибо, сестра.

Она мгновенно преображается.

— Ну что вы. Обращайтесь, если что.

Лидия тормошит малышку, расспрашивает, как она себя чувствует. Удачный момент, чтобы уйти — нас слишком много для больничной палаты. Подхожу к Ангелине.

— Мне уехать надо. Ненадолго.

— Конечно, Демьян! — отзывается она с готовностью. Я бы сказал с радостью, но не хочется так низко падать, пусть даже в собственных глазах.

— Папа, ты куда? — окликает расстроенный голос дочки, и слова встают в горле комом. Внезапно бросает в жар.

Она снова решила, что мне надоела?"

"Возвращаюсь и забираю из рук Лидии малышку. Не развалится, я же не насовсем.

Но это мой ребенок, и я должен ее убедить, что папа никуда больше не денется. Не исчезнет, не пропадет.

— Принцесса, ты пока побудешь с мамой и бабушкой, а я съезжу по делам. Я недолго, обещаю. Ты не заметишь, как быстро пройдет время.

— Ты хочешь вернуться, Демьян? — переспрашивает Ангелина, понизив голос. Оборачиваюсь. Она выглядит по настоящему шокированной.

— А что тебя так удивляет?

— Ты же не выспался, устал. Началась рабочая неделя, тебе неудобно ночевать в больнице.

— А тебе удобно? — смотрю прямо в глаза. Она отводит взгляд.

— Я привыкла...

— Вот и я буду привыкать. Тебе надо принять то, что я теперь все время буду присутствовать в жизни нашей дочери, Ангелина. И участвовать в ней.

Она вспыхивает, но молчит. И мне не хочется говорить лишнего в присутствии Лидии. Не будь ее, я бы добавил, что в жизни самой Ангелины я тоже планирую принять самое живое участие.

Но эти слова не предназначены для чужих ушей. Это только для нее, это между нами. И почему-то сейчас мне кажется, что Ангел не стала бы возражать.

Я скажу потом, наедине.

Прощаюсь с Лидией и разве что не кланяюсь. Но неожиданно Ангелина заявляет:

— Я пойду тебя проводить.