Перекрестье. Исконный Шамбалы
Анастасия Новых
Огромный сарай, словно малый спортивный зал, был пуст и представлял угнетающее зрелище. По его стенкам, словно на выставке, висели разные топоры, палаши, булавы, дубинки. Также имелись финские, кавказские, охотничьи ножи. В общем, целая коллекция клинкового, ударно-раздробляющего холодного оружия. В стороне к потолку были прикреплены цепями огромные крюки, на одном из которых висела обезглавленная тушка собаки со сдёрнутой кожей. Посредине сарая, словно зловещий трон, возвышался самодельный, зажатый в тисках, огромный нож. Рядом лежали инструменты для заточки. Очевидно, Люка решил изготовить новое оружие в виде перевёрнутой гильотины.
Когда Сэнсэй приблизился, тот знаками показал на окно дома. В комнате, безвкусно забитой разным хламом, в роскошном старинном кресле сидел Люка с раскрытой книгой в багровом переплете. С виду он был похож на борова. На бычьей шее возвышалась яйцеобразная лысая голова. Дебильное выражение лица. Зачитавшись, он сидел с открытым ртом. Слюни текли по углам рта. На его жирном теле почему-то был надет женский халат.
Возле кресла стоял небольшой шкаф. На его полках было несколько книг, судя по обложкам связанных с мистикой и ужасами.
Отец Иоанн тихо хихикнул и шепнул Сэнсэю:
— И этот слюнтяй кличет себя грозным Люкой-вурдалаком?! — И, глядя на его сосредоточенное чтение, лукаво прибавил: — Ба! Какой у него прогресс! Надо же, хоть в конце жизни буквы начнёт одну от другой отличать.
— Что хорошего в прогрессе, который находится в руках идиота?
— Точно. Ну что, начнём? Как говорил «ас» Пушкин: «Случай есть мощное, мгновенное орудие Провидения».
С этими словами Вано вместе с Сэнсэем пошли в сторону двери.














