Перекрестье. Исконный Шамбалы

Он чувствовал от этого облегчение, огромное облегчение. Ему уже было всё равно, что будет с его бренным телом, с этой иллюзорной тенью бытия.

Скорпион сел к боковой стене, зажав голову руками. Он тихо рыдал… Последний раз он так плакал в далёком детстве, когда умерла его мама. Но тогда это была детская боль. А сейчас это была обжигающая сердце и мозг мужская боль зрелого воина. Он не стыдился своих слёз. Это были слёзы внутреннего покаяния.

Сэнсэй подошёл и молча присел рядом с ним как старый, добрый друг, подоспевший в страшную минуту горя и отчаяния. Достал пачку сигарет и предложил ему. Вытащил зажигалку и помог прикурить. Скорпион от этих согревающих душу действий стал успокаиваться. Когда чиркнула зажигалка, он краем глаза заметил, как от угла глухой стены, где он недавно стоял, отделилась третья тень и села напротив них. Этот человек стянул маску, обнажив своё лицо с жидкой рыжей бородкой. Скорпиону стало ясно, что если бы он даже не опустил ружьё сам, у него бы не было никаких шансов на роковой выстрел.

Последние капли слёз стекали с измученного лица. Внутри было полное опустошение. И всё же стало намного легче, чем прежде. «Иживец» понял, что никто не собирается его убивать. И ему уже не хотелось кого-либо убивать. Да и зачем? Он чувствовал себя среди своей настоящей семьи. Пусть потом будет что будет. А сейчас он счастлив. Наконец-то, после долгих мучительных лет разлуки он находился сейчас среди своих… СВОИХ… больше чем родных братьев. Скорпион вновь вернулся в свою семью, которую когда-то безнадёжно потерял. В нём начал просыпаться забытый великий Дух Воина. Как будто вовсе не было этих жутких чёрных лет утрат, грязи, внутренних скитаний надломленной души. Только долгожданное наслаждение потрясающего ощущения: «Я среди своих».

— Нет, ребята, я вас всё-таки не понимаю, — хмыкнул отец Иоанн. — Только что выбрали жизнь и тут же в руки берёте яд. Вы знаете, что капля никотина убивает лошадь?

— Так пущай не курит, — улыбнулся Сэнсэй.

Все трое захохотали, выплеснув разом так долго сдерживаемые эмоции. Юмор быстро разрядил атмосферу скованности и недоверия. Когда все дружно посмеялись, Сэнсэй представился:

— Сэнсэй. Спецгруппа «Аз».

— Вано. Спецгруппа «Аз».

— Скорпион. Спецгруппа «Ижица».

Они тепло пожали друг другу руки. Этим рукопожатием было сказано всё, о чём молчали их уста и что переполняло их сердца. Рухнули все остатки иллюзорных барьеров. И, несмотря на внешне холодный подвал, внутри согревало чувство теплоты родного дома."

"— Глупо всё получилось, — искренне произнёс Скорпион. — Ты уж прости, брат.

— Да ладно, — махнул рукой Сэнсэй. — Чего в жизни не бывает.

— Зато хорошо косточки поразмяли, — потянулся Вано.