Пером и шпагой. Битва железных канцлеров

«Завещание Петра I»[21] вдруг сделалось документом огромной важности.

Плагиатор Лезюр был хитер: нигде и никогда не упомянул он имени де Еона. Игривая дымка таинственности, окружавшая де Еона еще при жизни, после смерти заволокла его личность непробиваемым туманом. А потом повалил такой густой дым, что многие открещивались при одном имени кавалера.

* * *В это время бродили по кабакам Парижа два талантливых шалопая; одного звали Дюма, другого Гайлярде.

Автор «Монте-Кристо», уже тогда имевший соавторов гораздо больше, чем было генералов у Наполеона, усадил за стол и своего собутыльника.

Результатом была знаменитая драма «Несльская башня». Дюма-отец, человек нравственности сомнительной, вытряхнул из рукописи песок и поставил на титуле книги свое имя.

Гайлярде был возмущен такой наглостью, и на скамье подсудимых Дюма впервые узнал содержание своего произведения. Гайлярде – вне всякого сомнения! – процесс выигрывал. Но тут появился в суде некий Жанен, и со всем пылом отощавшей юности он затряс кулаками:

– Эту драму написал я, только я! Правосудия, правосудия…

Кто написал эту драму (ныне включенную в собрание сочинений Дюма-отца) – так и не выяснилось.

Но Гайлярде, несолоно хлебавши, посторонился дружбы с великим романистом и завел для себя собственный стол. За этим столом появилась книга:

«Записки, кавалера де Еона, напечатанные в первый раз по его бумагам, сообщенным его родственниками, и по достоверным документам, хранящимся в архиве иностранных дел.

Сочинение Фредерика Гайлярде – автора „Несльской башни“…»

Днем с огнем не найти было этой книги, и второй тираж ее расхватали сразу, как и первый. Просто удивительно, как публика попалась на эту удочку! Но текст «завещания Петра» снова был перепечатан в книге – на видном месте.

Гайлярде вскоре же, разбогатев, покинул Францию, и океанская волна выбросила его в Новом Свете, где он вложил свои гонорары от продажи де Еона в издание авторитетного «Вестника Соединенных Штатов».

Дипломаты почитывали скандалезную книжицу, но уже посматривали на Россию настороженно. В это время Леонард Ходзько, ученый студент из Вильно, выпустил в Париже свою книгу: «ПОЛЬША. Историческая, литературная, монументальная и иллюстрированная».

«Завещание Петра I» Ходзько уже снабдил политическими комментариями; особенно же развил пояснения к § 6 касательно вопроса о Польше, которая, раздробленная, уже не принадлежала сама себе.