Пером и шпагой. Битва железных канцлеров
«Пером и шпагой».Одно из самых значительных произведений в творческом наследии В.Пикуля. Роман, который был признан классикой отечественной исторической прозы.Один из интереснейших и неоднозначнейших моментов российской истории XVIII в. — участие России в Семилетней войне — обращается под гениальным пером Пикуля в сложную, многогранную и бесконечно увлекательную мозаику придворных и политических интриг, стратегических находок и прежде всего — шпионажа и «секретной дипломатии».«Битва железных канцлеров»В этом романе отражена картина сложных русско-германских отношений в пору тяжелейших европейских политических кризисов 50-70-х годов XIX века, когда канцлерами с разных сторон были князь Алексей Михайлович Горчаков и Отто Бисмарк.
– Конечно, – сказал Горчаков, – они покинули Мальту, чтобы войти в Черное море, где у нас один кукиш…
Граф Эстергази, посол венский, и лорд Гренвиль, посол лондонский, разводили перед Европой кляузы, будто русские укрепляются на острове Змеином… Из-за этого островка Александр II тоже донимал Горчакова:
– Гренвиль предлагал мне свои корабли для эвакуации наших людей со Змеиного… Какой плевок! Подумать только, сколько терплю я унижений от этой склочной Англии…
Гренвиль с Эстергази сделали князю заявление:
– Не рано ли вы стали насиловать Парижский трактат?
– Ваши скучнейшие разговоры об острове Змеином, – ответствовал Горчаков, нюхая табак, – я регистрирую как примечание петитом к своему вопросу, набранному крупным шрифтом: когда из Греции, и без того страдающей, будут удалены оккупационные войска ея величества королевы британской?
Морни тоже сделал заявление – от имени Франции:
– Я смотрел карту, но нигде не нашел острова Змеиного, и французам безразлично, кто его населяет…
Желая закрепить «провод» между Парижем и Петербургом, Морни срочно женился (кажется, по любви) на юной княжне Софочке Трубецкой, что вызвало бурю негодования в Англии: там сочли, что свадьба – дело рук хитреца Горчакова.
– Вы бы, Морни, никогда не женились на русской, если бы могли осознать стратегическое значение острова Змеиного. Россия, потеряв Дунай, оставила за собой островок, который, словно пробка, запечатал Австрии выход в Черное море.
– Поверьте, – отвечал Морни, – что, когда мы с женою гасим свечу, мы меньше всего думаем о стратегическом значении острова Змеиного…
В один из четвергов Горчаков закончил свой доклад и собирался откланяться, но царь задержал его:
– Вы извините меня, князь, но я, по совести сказать, так и не ведаю, чей же это остров – Змеиный?
– Этого, государь, не знает никто… Но полагаю, что если англичане шумят о нем больше всего, то это значит, что остров необходимо сохранить за матерью-Россией!
* * *Справка: остров Змеиный, бывший Фидониси, расположен на подступах к Одессе, в 37 милях от устья Дуная; площадь острова 1,5 кв.
Горчаковский циркуляр"
"Парижское Кэ д’Орсэ, лондонский Уайт-холл, берлинская Вильгельмштрассе, венский Балльплатц, русский Певческий мост – в этих адресах заключен жесткий «пятиугольник» европейской политики, где все взаимосвязано на основе экономических интересов и традиций прошлых альянсов.

















