Первое, что я вижу

Кеннеди налил мне бокал вина и разжег камин. Я заметила, как мышцы на его спине напряглись, когда он складывал дрова. В теле этого мужчины нет ни единой частички, которая бы меня не возбуждала. Мы уселись на полу перед камином и зажжённой елкой.

— Спасибо за лучшее Рождество в моей жизни, — прошептала я, устроившись между ног Кеннеди.

Он поцеловал меня в лоб и произнес:

— Не за что, но я ничего не сделал. Гаррет и Лорен выполнили всю работу.

Он серьезно?

— Ты выделил мне шкаф, купил новую одежду, предоставил удивительную работу со знакомой мне обстановкой в кабинете и привез мою лучшую подругу в Чикаго."

"— Всё это не имеет никакого отношения к Рождеству. Я сделал бы это и в августе, если бы ты согласилась переехать сюда. — Кеннеди мягко погладил мои волосы, заправив мешающие пряди мне за ухо. — Теперь, когда я думаю об этом, мне кажется, что я и правда не сделал тебе никакого рождественского подарка.

Этот мужчина сумасшедший.

— У вас немного извращенная логика, мистер Дженнер, — рассмеялась я и наклонила голову к его ладони.

— Кстати о логике, я куплю тебе машину. Мы можем назвать это твоим рождественским подарком, если тебе так хочется, — произнес Кеннеди строгим голосом.

— Я не могу позволить тебе купить мне еще и автомобиль, Кеннеди. — Повернувшись, я прижалась к нему. — Это очень мило, но уже чересчур.

Посмотрев на меня сузившимися глазами, мужчина заговорил:

— Всё моё принадлежит тебе, Хоуп. Я живу определенным образом. Я упорно работаю и наслаждаюсь своим образом жизни и заслуженными привилегиями. Мы не можем существовать в разных мирах. Я хочу заботиться о тебе. Просто позволь мне это.

Благодаря таким простым словам и выражению его глаз я поняла, насколько это важно для него. Кеннеди необходимо заботиться обо мне. Он не просто хочет меня, я ему необходима. Кажется, я наконец поняла, что он имеет в виду.

— Хорошо, — тихонько прошептала я, находясь в плену его глаз.

Глава 27

Я была вся на нервах, пока мы ехали из аэропорта в дом отца. Как-никак я и словом не обмолвилась ему, что переезжаю в Чикаго к Кеннеди.

— Всё нормально? — Кеннеди сжал мою ладонь в своей руке, пока я наблюдала из окна машины за приближающимися очертаниями города.

— Да, просто устала, — солгала я.

— Хоуп, — начал Кеннеди строгим голосом.

Интересно, он инстинктивно понимает, что я лгу? Я прислонилась к холодному стеклу, стараясь скрыть покрасневшее от лжи лицо.

— Ну, возможно, я еще волнуюсь о том, как сказать папе, что я переехала к тебе.

Кеннеди притянул наши соединенные руки к своим губам и мягко поцеловал тыльную сторону моей ладони.

— Я поговорю с ним об этом.

— Ты? — При всё том, что мне уже стукнуло двадцать шесть лет, рядом с папой я всё еще чувствовала себя маленькой девочкой.

— Конечно, я.