Кровь на клинке
Очнувшись после ранения, Руслан понимает, что его в этом мире приняли за своего, и теперь всё зависит только от него самого. Теперь необходимо, чтобы все вокруг перестали удивляться его необычности и считали, что он хоть и со странностями, но в доску свой. А значит, все его дела идут на пользу империи. А для начала нужно просто вернуть себе былую форму. Но даже ранение не может заставить его бросить начатое дело. Ведь главное для парня – закончить междоусобицу, из-за которой на Кавказе долгие годы льётся кровь.
Купец первой гильдии, хоть и не дворянин, но благодаря увесистой мошне фигура все равно заметная. Тем более в таком небольшом городке. Приглашение на очередной прием у городского головы Руслан воспринял как очередное испытание своего терпения. Впрочем, ради своего и общего спокойствия это можно было перетерпеть.
Рязанов, не услышав уже привычного нытья и возражений, заметно напрягся, но быстро сообразил, что парень просто заскучал. Не имея возможности работать в полную силу, Руслан просто вынужден был искать хоть каких-то развлечений. К тому же его разрыв с симпатичной булочницей поставил перед парнем новый вопрос. Как здесь принято говорить, бренная плоть брала свое, и проблема уже начала вставать в полный рост.
Руслан и сам заметил, что становится раздражительным и резким. Привыкнув к регулярным отношениям, он испытывал некоторые затруднения. Спасала только железная воля и привычка держать себя в руках. Так что это приглашение вдруг оказалось возможностью присмотреться к местным вдовушкам и, чем черт не шутит, завязать очередную интрижку."
"В местном обществе Руслан уже пообтерся, научился правильно использовать современные словообороты, так что за местного при первом приближении вполне мог сойти. К тому же его уже хорошо знали в городе и помнили, что он долгое время жил за границей. В указанный день, надев белую черкеску со всеми орденами и затянув на талии пояс с кобурой, Шатун задумчиво осмотрел свое отражение в зеркале и, чуть слышно хмыкнув, проворчал:
– Ну, не все так плохо.
Вошедший в комнату Рязанов окинул его внимательным, одобрительным взглядом и, кивнув, усмехнулся:
– Хорош. И статей богатырских, и грудь в орденах. Хоть сейчас женить.
– Размечтался, – фыркнул Руслан в ответ. – С моей фамилией только женихаться. Мамаши шарахаться будут, как черт от ладана.
– Ну и дуры, – фыркнул граф в ответ. – Впрочем, пусть шарахаются. Мы тебе и познатнее невесту найдем.
– Сам женись сначала, – не остался Руслан в долгу.
– А я что делать собираюсь, – приосанился майор. – Мы с Лизанькой уже все обсудили. Князь, как ты знаешь, благословение свое уже дал. Так что, вот как дом в имении поставлю, так и свадьбу сразу сыграем.
– Ну и слава богу. А к слову, что там со строительством? – обрадовался Руслан возможности сменить тему.
– Ну, архитектор докладывал на неделе, что уже стены поднимать стали. Так что движется. И у тебя, кстати, тоже. А чего сам туда не съездишь?
– Да все как-то некогда, – смутился Шатун. – Вроде дела все мелкие, а времени отнимают массу.
– Если освобождение захваченной семьи для тебя мелочи, то я тогда боюсь представить, что будет считаться крупным, – поддел его Рязанов.

















