Пленница греха

Акаш понес Чариз наверх. Он сумел сделать это так, что Чариз не испытывала ни смущения, ни стыда. Вряд ли объятия сэра Гидеона оставили бы ее такой же безучастной. При мысли о том, что она могла бы чувствовать, если бы сэр Гидеон прижал ее к своей широкой груди, она покраснела и опустила глаза.

Чариз влекло к Гидеону. Когда он был рядом, все внимание Чариз было сосредоточено на нем.

Поразительно, если учесть, что она должна думать лишь о том, как найти способ выжить в течение трех ближайших недель.

Акаш опустил Чариз на пол посреди довольно большого заказанного ими номера. Но стоило Гидеону войти в комнату следом за ними, как пульс ее вновь участился. Она тщетно боролась с нежелательной реакцией организма.

Как только Талливера отправили вниз заказать плотный завтрак, Акаш обратился к Чариз:

— Позвольте осмотреть ваши травмы? В темноте я мог что-то пропустить.

— Спасибо. Вы очень добры.

По правде говоря, Чариз действительно чувствовала себя гораздо лучше, если не считать противного привкуса, который остался во рту от опия. Сэр Гидеон сел на резную деревянную кушетку возле растопленного камина. Его темные глаза, казалось, впились в нее, когда она поднялась со стула. Чариз прошла на середину комнаты, где ее ждал Акаш.

Девушка развязала платок и сняла пальто. И то и другое она уронила на пол. Немыслимо, но она чувствовала себя так, словно раздевается для того, чтобы доставить удовольствие сэру Гидеону. Как она могла даже подумать об этом? Но прогнать прочь эту мысль из головы не могла.

Акаш отнял руки от ее лица.

.— Я сделал вам больно? — спросил он, нахмурившись.

— Нет, — пробормотала Чариз.

Должно быть, медицинские навыки Акаша и побудили его принять на себя заботу о ней. Снадобье, которым он смазал ее синяки прошлой ночью, явно помогло.

Странно. Этот привлекательный заботливый джентльмен касался ее, но это ровным счетом ничего не значило. Сэр Гидеон находился от нее в нескольких шагах, но от одного его присутствия у нее перехватывало дыхание.

Как это случилось? Голова у нее шла кругом. Тщетно она пыталась подавить непредсказуемые реакции. В бальных залах и салонах она встречала многих мужчин, интересных, утонченных и внимательных. Но ни один не оказывал на нее такого влияния, как этот молчаливый черноволосый Адонис с блестящими глазами и мрачной аурой. Ее пугали чувства, которые он возбуждал в ней.

Отвечая на вопросы Акаша, касающиеся ее травм, она продолжала смотреть на сэра Гидеона. Он держал кружку с элем, к которому так и не прикоснулся. Она смотрела на его руки и представляла себе, будто они касаются ее. Хотя он ни разу не взял ее под руку.

Она бесстыдно любовалась им. Суровая красота его лица, безупречность черт наводили на мысль о рыцарях-крестоносцах.