Любовь и ненависть в Ровердорме

"

"Не совсем наедине – неподалеку прогуливались матроны, косясь на него, словно коршуны на добычу, готовые засвидетельствовать любое покушение с его стороны на девичью честь Илейн Уилсон.

Только вот покушаться Тайлор не собирался: Илейн Уилсон нисколько его не интересовала. Глядевшая на него жалобным, но в то же время выжидательным взглядом, она вызывала у него лишь жалость.

– Илейн, – произнес он мягко, – мне нужно задать вам крайне важный вопрос.

– Слушаю вас, милорд! – проблеяла та и тотчас же перестала трястись.

Ее бледные щеки стали наливаться краской, и Тайлор мысленно поморщился: кажется, Илейн неправильно истолковала его намерения.

То, о чем он собирался спросить, нисколько не касалось Илейн Уилсон.

Тайлор собирался поговорить с ней о кузине.

– Я ищу Миру Уилсон, – произнес он, и глаза Илейн распахнулись от изумления.

Затем девушка отшатнулась и уставилась на него удивленным взглядом.

– Миру? – переспросила растерянно. – Но почему вы ищете… ее?

«Почему не меня?!» – читалось во взгляде Илейн.

– Мне нужно обязательно ее найти, – отозвался Тайлор терпеливо. – Для меня это очень важно.

Прошу вас, Илейн!.. – произнеся это, Тайлор подумал, что давно ни о чем не просил незамужних девиц брачного возраста. – Скажите мне, где сейчас ваша кузина?

Какое-то время Илейн размышляла, затем подняла на него глаза.

– Доподлинно мне неизвестно, – заявила ему, мучительно покраснев. – Но матушка сказала, что отправила кузину в морское путешествие, так что Мира сейчас… Думаю, сейчас она путешествует.

Соврала, понял Тайлор. Приняла решение и сказала ему заведомую ложь, хотя он только что спас ей жизнь.

Тайлор отстранился, почувствовав, что его охватывает презрение.

Илейн Уилсон не заслуживала его внимания, и малейший проблеск интереса, который она у него вызвала – как человек, а не как девица на выданье, – исчез.

К тому же на дорожке появились взволнованные хозяева, служанки, лакеи и зеваки из палаток возле въезда на территорию «Стрекозы», которые могли избавить его от общества одной из Уилсонов.

– Простите, Илейн, – холодно произнес Тайлор, – я должен вас оставить. Мне надо поговорить с лордом Тейтером.

Но сделать это оказалось не так-то просто.

Набежавшие люди снова принялись охать и ахать, выспрашивая друг у друга подробности произошедшего и тут же добавляя свои собственные приукрашенные детали.

Подавали ему и Илейн полотенца и пледы, требовали немедленно, сейчас же в них закутаться, чтобы избежать воспаления легких, хотя день был жарким как никогда.

Очень скоро Илейн Уилсон стала походить на укутанную с головы до ног мумию.

Тайлор с мрачным видом от подобной перспективы отказался, пожав плечами, когда его принялись благодарить за самоотверженный поступок.