Любовь и ненависть в Ровердорме

Одежда не скрывала рослого мускулистого тела, а взгляд агарешша не скрывал его отношения к Тайлору. На лице оборотня застыло выражение ревности и недовольства.

Возможно, недовольство было тем фактом, что Тайлор стоял в группе молодых воинов, готовившихся пройти посвящение.

Либо тем, что Тайлор вообще существовал."

"Да и сам он чувствовал себя довольно глупо в кругу подростков лет по шестнадцать-семнадцать. Правда, среди них оказалось несколько человек и постарше, и Тайлор решил, что это не первая их попытка пройти посвящение и быть принятыми в круг воинов.

Если последние угрюмо молчали, то парни помоложе хвастали друг другу, рассказывая, как они прошли первое испытание, в котором нужно было прикончить врага.

– Я убил горного леопарда! – повернувшись к Тайлору, заявил один из них на элайрском. – Он прыгнул на меня сверху со скалы, когда я перегонял отару на новое пастбище. С собой у меня был только кинжал, но я его все равно прикончил. Вот следы его когтей.

И показал зажившие белесые шрамы на боку.

Еще один заявил, что убил медведя. Правда, не в одиночку, а с группой охотников, но за свою смелость он был допущен ко второму испытанию.

Третий так долго гонялся по скалам за горным козлом, пока тот не сорвался и не упал в пропасть. Но старейшины сочли это достойным поступком для прохождения первого испытания.

– А ты, кого убил ты? – поинтересовался парень, заведший с ним разговор.

– Тарешшу, – спокойно отозвался Тайлор. – Девять.

– Что именно – девять? – округлив глаза, спросил тот, что с медведем.

Парень с козлом молчал, смотрел на Тайлора озадаченно.

– Я убил девятерых тарешш. Пятерых прикончил магией, трех – мечом и кинжалом. Последнего я задушил.

В тот раз у Тайлора не оставалось больше магии, весь резерв был исчерпан до конца. Кинжал торчал у тарешши из бока, тогда как меч тот выбил у Тайлора из рук еще в начале боя.

Затем монстр кинулся на него, и они, окровавленные, упали на землю. Впрочем, земли в том месте было мало – скалистый утес, залитый кровью и усеянный телами друзей и врагов.

Того тарешшу Тайлор все же задушил, но тот оставил о себе на память рваную рану, надолго приковавшую Тайлора к кровати в лазарете, а потом, в Ровердорме, едва не отправившую к праотцам.

Парни взглянули на него уважительно, затем о чем-то негромко заговорили на своем языке, а Тайлор в который раз пожалел, что не знает наречия исконного народа.

Это нужно было исправить, чем он и собирался заняться в ближайшем будущем.

Исправлять ошибки, которые совершил Элайр, захвативший эти земли и оставивший без должного внимания культуру и уникальную магию коренных народов.