По любви

Там уже все расписано перед новым годом. И даже своим, даже за деньги не втиснуться. Приходится просить, чего я вообще терпеть не могу делать. Лезть в глаза. Суетиться. Спасает лишь то, что нам и даром не далась торжественная роспись. Хотя, может, для картинки она бы не помешала. К черту! Пусть в миграционке докажут, что я не по большой любви женюсь. И до того меня вся эта канитель закручивает, что о своей невесте я вспоминаю, когда ее уже и след простыл. Приходится ей звонить.

– Завтра к одиннадцати надо быть в ЗАГСе.

– Хорошо. Буду. Что-нибудь еще?

А черт его знает! Я вообще почему-то ужасно раздражен. Может, все дело в том, что в глубине души я надеялся на ответную любезность от Нины? Если честно, я вообще только о том и думал.

– Да. Принарядись. Чтобы не возникло вопросов – сама знаешь, у кого.

– Ладно.

Какая красноречивая, блин. Самой-то наверное, хорошо. А я вспоминаю утро и… Мне плохо. Мне очень-очень плохо. Я просто горю.

– А ты как? Чем вообще занимаешься?

– Пакую вещи. Мне же завтра предстоит переезд.

– А… – замечаю глубокомысленно.

– У тебя все? Потому что у меня правда очень много работы.

– Да-да. Не отвлекаю.

– Слушай, Ставрос, я тут подумала, наверное, будет правильно устроить в офисе небольшой праздник.

– Проставиться, в смысле?

– Ну да. Не то это будет как-то подозрительно, тебе не кажется?

– Угу. Я что-нибудь придумаю.

– У Лены есть номера кайтеринговых компаний, с которыми мы обычно сотрудничаем. Я бы этим занялась, но мне надо…

– Собрать вещи. Я помню.

– Именно.

– Сам справлюсь.

– Может, ничего и не выйдет. Перед новым годом у них наверняка миллион заказов.

– У меня блат. Здесь все рестораны принадлежат грекам. – Смеюсь.

– А ничего, что я не гречанка?

– Ничего. Это же фиктивный брак.

– Но они-то об этом знать не должны!

– Конечно. Скажу, что без памяти влюбился, – смеюсь, Нина на том конце связи тихо вздыхает.

– С дочкой не забудь поговорить. Ей будет сложно.

– Поговорю. Ну, все, давай. До завтра, Лунопопая, – не могу удержаться от подкола. А что? Она моя. Я ей это с тех пор, как увидел, хотел сказать. Теперь можно ни в чем себе не отказывать. – Наденешь для меня те красные трусики?

ГЛАВА 7

Нина

Обрубаю связь и, будто это поможет, прячу телефон под груду разбросанных на кровати вещей. Сердце гремит. Лицо примерно такого цвета, как упомянутые моим женишком трусы. Жалобно хнычу и заваливаюсь на бок. Ох, он и гад! А сколько лет мимикрировал под приличного! Я же даже после случая с неудавшимся обыском удивлялась, какой он деликатный. У меня сердечко захлебывалось восторгом. И вот.

«Наденешь для меня те красные трусики?»

Закусываю до легкой боли губу. Подтягиваю к груди коленки. Сколько раз я за этот день зачарованно трясла головой, проверяя, уж не чудится ли мне все случившееся.