Малыш Гури

Вернулся к себе и продолжил заниматься делами. После установки всех мишеней принялся отрабатывать стрельбу из арбалета на пляже, постепенно отходя всё дальше и дальше. Потом покидал ножи, кинжалы и засапожники. Н-да! Стрелять у меня явно получается лучше. Ножи не хотели втыкаться, я подсознательно чувствовал что те или другие движения руками и кистью при броске делаю не правильно, пытался вносить изменения в положение корпуса при броске, по-другому держать ножи. Откуда я знал, что что-то делаю неправильно, не знаю, но это точно была не интуиция. Я грешил на те навыки, которые мне достались от пигмея и вождя и их подсказки воспринимались как недовольство самим собой, иногда даже зудом или небольшой болью, когда брал ножи, или кидал их не правильно.

А вот если получалось сделать всё правильно, — то яркое бездонное чувство удовлетворения настигало меня, как экстаз. Я только один раз за этот вечер испытал такое чувство, когда на вскидку без прицеливания на чутье поразил мишень точно в середину щита. Боже как я был рад! И слава богу, что на этой праздничной ноте я и закончил свои на сегодня занятия.

Потом принятие водных процедур, плотный ужин. И захватив одеяло и полный оружейный набор, двинул к Тузику. Устал сильно и даже купание и еда, не сняли тяжести с натруженных мышц. Очень хотелось спать. А взятое с собой одеяло навевало вполне понятные мысли об отдыхе.

На дороге никого, около Тузика тоже, посетители кроме меня отсутствуют. На стоянках дым коромыслом, десятки костров и непонятное броунское хаотичное движение. Ну и чёрт с ними, а я к Тузику!"

"Алтарь просто завален, мешками, мешочками, пакетами, пакетиками и свёртками. К Бобику не пробиться придётся разбирать эту свалку.

Часа два ковырялся в мешках и свёртках, рассортировывая доставшееся богатство, по кучкам из принципа, съестное, не съестное, нужное не нужное, дорогое или так ширпотреб. Оружия на удивление было мало, пара клинков и один очень не плохой нож. Весь хлам не пригодный в пищу особо не рассматривая перекидывал через кусты в направлении тропинки ко входу в пещеры. Мяса было ну просто завались, — опять вспоминается это полосатое усатое с морской фамилией.

Пора будить Тузика хоть и светло, из-за белых балахонов приём граждан закончен раньше, приём продолжим завтра.

Тузик после пробуждения выглядел уставшим и гора мяса пошла на ура. Даже я со своим жутким аппетитом вскоре не мог смотреть на этот шикарный стол. В мешок я уже давно отложил, большие куски буженины, окороков, копчёной грудинки десятка два колбас и шмат большого сала всё было свежее и очень хорошего качества. Был даже кувшинчик молока литра на полтора и чугунок масла. Мне повезло, я нашёл шесть буханок хлеба, кормят тут Тузика точно на убой.