Малыш Гури

Во-первых, выслушать нытье Хэрна стоило, всё-таки я и правда очень сильно рисковал, бездумно подставляя жизни многих людей, да и дать выговориться другу стоило иначе это воспитание растянулось бы на несколько декад. А так послушал с опущенной голой поучения, повздыхал пожалобнее и всё, свободен.

Приведением в порядок здоровья ""Язвы"" я откладывать в дальний ящик не стал, да и разобраться что же в самом деле со мной произошло в тот раз, стоило. А оказалось всё до противного просто. Ява весьма древняя сущность.

Сама ведь говорила, что помнит ещё своих прошлых хозяев, вот и понятно, что запас прочности у неё колоссальный. А для его восполнения моих скромных сил оказалось совсем мало и в итоге ввиду того, что внутреннего предохранителя во мне теперь нет, я выкачался почти полностью. Включая и все мои жизненные силы. Она на много мощнее Черныша по-своему энергетическому балансу и поправить его я решил с помощью вновь созданного алтаря с рыцарским антуражем в составе. Радовало одно, помост, сооружённый нами с Хэрном, ею воспринимался как что-то родное, а энергия, плещущая вокруг него, притягивало Яву как магнитом. В общем я нагло воспользовался силами алтаря, благо опыт в этом у меня был неплохой, вот только от своего заклинания пятого уровня магии жизни из раздела Тайн Леса я ждал большего…"

"— … малыш, да ей лет тысячелетия, а ты хочешь с одного раза ей молодость и детородный возраст вернуть, — успокаивал меня Хэрн, — Как вариант, тебе раз так с сотню её окучивать придётся.

Радует одно, ей просто объяснить то, что ты делаешь для неё благо, а ведь если бы она не могла с нами общаться…

Да, процедура для собачки не скажу, что приятная. Её аж выгибает и выворачивает наизнанку, так тело коробят заклинания светлых эльфов. Я даже боялся, что помрёт ненароком старушка. Но не тут-то было. Видно после моих процедур, причём самых сильных, на которые я был способен Ява чувствовала себя прекрасно. Вот и терпела неизбежные издержки магического лечения.

До посещения села мы успели провести две процедуры. Тело собачки залечило все свои раны. Шерсть лоснилась, а кариес, если он и был, канул в лету.

В общем рядом со мной подходила к селению обычная большая красивая собачка, с внушительным оскалом острейших клыков. Милая, добрая, умная, вот только точно знаю, что лучше её не злить и больше палками не тыкать. А то что она злопамятная, смог убедиться в первые мгновения посещения села.