Малыш Гури

— Они пришли за господином, притом отказ не принимался… совсем. Грозились пригнать сюда всю гвардию и войска, если понадобится.

— Но мы не знаем где малыш?, — искренне удивился Мартин

— Их бы это не остановило, тем более они никому не верили, а запускать их в крепость, никто бы не стал.

— Но ты, же потом всё равно их пустил?, — проговорил Жак.

— Да, запустил…, но уже не агрессоров, а нашкодивших котят. Почему-то они, до дрожи в коленях, боятся отца Лии. Как потом удалось узнать у нашего коменданта, да и с бароном поговорил, который за графа остался командовать его людьми, граф если принимает чью-то сторону, то считает её правой и всегда… внимание, всегда выигрывает.

И он в момент разговора с маркизом поднял над крепостью свой стяг. Это и решило исход словесной схватки, не перешедшей в реальную. И мы, конечно, их постращали перед этим, но перевес, в противостоянии на нашу строну, принёс граф и его знамя. Маркиз, после этого, стал очень почтителен и покладист, а гвардейцы вели себя очень…, очень культурно, а когда им намекнули, что за женщин клана им хозяйство отрежут, то и вовсе на следующий день сбежали из крепости и разбили походный лагерь под её стенами. Я вас ждал, но времени у маркиза было в обрез…, переговоры проводил сам…, посторонних никого не привлекал. Результаты следующие. Если в двух словах, планируемые цели достигнуты. Трофеи превзошли все ожидания. Решился вопрос с населением, нам предложили почти 25 тысяч пленных. Среди них треть воины, остальное местное население, которое было согнано из захваченных городов. Среди местных преобладают ремесленники, торговцы… переброску решили проводить после того, как прекратятся нападки на наш орден. По этому поводу разговор был весьма жёсткий. Но слово императора сказано и изменить ничего нельзя и только мы сами можем отвадить, от наших земель, желающих лёгкой добычи. И лишь после этого император может нас признать. Вот такой расклад. Население будет переправлено со своим скарбом, а кое-кто и с живностью. Переброска будет производиться порталом, за счёт императора. Просили соблюдать секретность… хотя бы на первых порах.

— Что по деньгам?, — спросил сын Валуа.

— Более чем отлично. На счёт Мартина в течение месяца переведут… вы только вдумайтесь… сто семьдесят миллионов золотом.

Возгласы изумления пронеслись по залы. Цифры, озвучивал малой, невероятные.

— И?, — спросил почему-то хмурый Жак.

— Вот и я считаю, что есть это И! Ваша милость.

— Какие?, — уточнил Мартин.

Серж перевёл взгляд на Стива, который в ответ ему, подбадривая, кивнул, понуждая к откровениям и личным выводам.

— Я считаю, что, несмотря на одержанные победы, мы копаемся на месте.