Малыш Гури

"

"— Если ты ещё раз раскроешь пасть без моего на то соизволения, я тебя превращу в визгливую толстую свинью, какой ты, в самом деле и являешься. И уберите от входа это недоразумение здесь и более тяжелораненые есть. А ваш товарищ к таким, увы, не относится. Хотите попасть в очередь на приём, так её определяет мой ученик и помощник. Как он скажет, так и будет, скажет в первую очередь пустить пойдёт ваш товарищ первым, скажет последним, будет последним. И я думаю, за ваше недостойное поведение пока ваше начальство не принесёт мне свои искренние извинения, не о какой помощи с моей стороны не может идти речи.

Понятно, так что марш отсюда и не мешайте работать. А раненого всё-таки покажите моему ученику. Может я и ошибаюсь на его счёт.

Шок от всего услышанного испытали все, так разговаривать с дворянами не могли себе позволить даже короли. А тут смотри, молча выслушали отповедь и также молча отступили прочь. Интересно.

— Малыш, ты скоро? Работы много. Иди сюда, — громко прокричал в никуда Хэрн, мог и по мысленной связи позвать, а тут на публику играет внимание ко мне потенциальных посетителей привлекает.

Смотри-ка и впрямь сработало, дорогу мне преградил один из железных носильщиков, что только что с позором ретировался от нашей больницы.

— Малыш, умоляю, глянь моего кровного брата. Он ранен уже как неделю. Перестал разговаривать два дня назад, только зубами от боли скрипит. И всё это время в седле. Не спит по ночам. Его наречённая ждёт, он в поход направился перед самой свадьбой. Он в роду один остался, прервётся род, предки ему этого не простят. Спаси, маг нас не слушает, — сказал осунувшийся могучий воин. А ведь он не врёт и раненый поистине гранит если верно хотя бы одно из того что он о нём наговорил.

— Веди, только быстро, — сказал я и побежал вслед за бросившегося в сторону палатки железного великана. Молодцы ребята за палатку занесли товарища, не подходя ближе пяти метров к ней, положив его рядом с часовым.

Так плетения диагностики слетело мгновенно с моей руки. Матерь божья как он ещё живёт видно точно любовь и долг удерживают его на этом свете.

Не раздумывая резко из кармана, рванул дежурный ошейник, недавно снятый с парня барона. Бойцы и понять ничего не успели, когда я уже застёгивал его на бычьей шее рыцаря.

— Держите его, не дайте упасть, — закричал я на друзей раненого, — быстро его в шатёр, немедленно, бегом.

Счёт пошёл на секунды успеем, спасём, нет, погибнет этот железный человек.

— Быстрее, — не обращая уже ни на кого внимания, с ходу, на эмоциях, сплёл и применил восстанавливающее плетение третьего уровня. В глазах потемнело я чуть не упал, но почувствовал, что меня поднимают ввысь чьи-то сильные руки.

Так и влетели мы в шатёр.