Малыш Гури

— Мама, представляешь он съел всё, что ты приготовила на завтра для дядюшки Тома и варенья съел целую банку! Он не сын людоеда случайно. Ведь даже Дэр никогда столько осилить не мог.

Я еле поднялся на ноги. Живот круглый, натянутый как барабан. После еды предательски потянуло спать. Но я набрался сил и точно повторив знаменитый поклон герцога Ергонии, рассыпался в комплементах хозяйке.

— Уважаемый Дориан, вам сказочно повезло, что данная леди является вашей женой, ибо я клянусь, что никогда в жизни не ел ничего вкуснее. У вашей супруги поистине золотые руки и я смею надеяться большое, доброе сердце и она простит голодного путника, что устроил опустошения её запасов и уничтожил всю её выпечку, подготовленную на завтра.

Не зря я так старался с поклоном и подбирал слова. Меня приняли минимум за барона, даже сам хозяин дома малость стушевался. Видя, что опять наступила пауза, я решил сам брать нить разговора в свои руки.

— Уважаемый Дор, конечно большое спасибо за угощение, но, увы, мы прибыли сюда по делу. И если вас не затруднит, то я бы хотел узнать ваше решение с женой и желательно без.

— Так, спать быстро. Не дай боги я вас увижу. Бегом, — прокричал гном.

Ребята сорвались с места, правда, старший успел украдкой показать мне кулак. Ага, пацаны освоились и завтра придут требовать объяснений.

На кухне мы остались одни.

— И так?, — спросил я.

— Я не знаю, кто вы, — сказала женщина, — но как сказал, муж хуже уже не будет. Мы потратили в своё время много денег на проезжающих магов, всё бесполезно. Простые не могут, а эльфы не желают даже слушать о помощи нам, — она глубоко вздохнула, — вы же говорите, что только посмотрите и как я поняла, решите, стоит или не стоит пробовать.

— Абсолютно, мадам. Ваши выводы точны и ёмки. Если я решу, что в состоянии с друзьями вам помочь то мы завтра этим и займёмся. А если нет то…, — я молча развёл руки в стороны.

Она молчала, вздыхала и думала.

— Хорошо! Но во время того как вы будете смотреть мы будем с мужем с вами вместе в комнате, — наконец приняла решение хозяйка.

Я молча покачал головой.

— Нет, её буду осматривать я один, вы можете находиться в соседней комнате. Это моё одно из главных требований. Остальные, если примем решение вам помочь, вы услышите позже.

Молчание затягивалось. Ей было боязно и страшно оставлять свою дочь с таким непонятным мальчиком, что так вольно себя ведёт с взрослыми и разговаривает с ними как с равными или даже как с подчинёнными. Уверенно и чётко.

— Ладно, будь, что будет. Пошлите за мной.

Она повернулась и пошла к лестнице, ведущей на второй этаж.