Малыш Гури

Стая, не желая упускать добычу и решив заодно поживиться свежей кониной, а может и человечиной, кто знает их гастрономические предпочтения, разделившись на две почти равные части, рванули в разные направления вдоль берега в нашу сторону, плавно огибая очертания озера. Никто не ожидал такого нападения со стороны обычно очень трусливых, но крайне кровожадных шавок. Тем и вызван был тот факт, что первые стрелы защитников полетели навстречу собакам, только когда те преодолели половину расстояния.

Поднятый сигналом тревоги я в то же мгновение очутившись на крыше нашего фургона и наблюдал всю трагедию практически с самого начала.

Поняв, что с арбалетом тут делать нечего, а вот потренироваться в стрельбе из лука по бегущим мишеням, причём очень быстро бегущим, стоило. Метнувшись обратно в фургон, нашёл среди тюков свой лук и простые стрелы и резво вернулся обратно. Увы, но мои стрелы полетели в противника даже не вторыми. Отстрел мчавшейся стаи закончился на самом её подходе к нашей стоянке. Из слепых охотников не ушёл никто. Как хорошо, что мудрый Жак заставил взять нас с собой лучников. Приеду, расцелую умнейшую голову. Все взоры обращены в сторону корчащихся на земле собачьих тел. Страшное зрелище. Страшное, но вот чего-чего, а жалости данный пейзаж не вызывал. Если бы Мартин настоял на своём и, сославшись на непобедимость своих паладинов, всё-таки отказался от летучего отряда, то даже если бы мы и отбились, то потеряли бы всех лошадей и половину народа.

— Вал ты почему по ним плетениями не бил?, — со злостью в голосе проронил возбуждённый Хэрн.

— Бессмысленно, на них магия не действует. Что ты хочешь, — порождение зоны.

Здесь практически все заклинания бессильны разве, что только магией святых отцов малыш мог слегка им навредить и то только псевдо собакам. Они становятся немного медленнее, а вот на слепых не чего не действует кроме мечей, стел и болтов. Так что Хэрн убери своё копьё, может ты с ним и гений, но против пары этих милых собачек тебе не устоять я уж молчу о псевдо собаках. Кстати, а куда делся недавний пловец?, — и все разом развернулись к озеру и замерли с открытыми от удивления ртами.

Серж, что вовремя боя был со мной рядом на крыше фургона, сейчас увлечённо тащил из воды за передние лапы слабо сопротивляющееся, шевелящееся тело огромного пса.

Когда только успел смыться? И такая радость на лице демона проступала, что вскинутые луки постепенно опускались в руках опытных воинов.

— Он ранен. Он весь в крови. Хозяин, помоги. Ведь он умрёт, — орал только что улыбающийся Серж.

Вот, я только собак не лечил, а с другой стороны добить его рука не поднимается. И ведь, что характерно, сам приплыл. Сам выбрал свою участь.