Малыш Гури
Как поведёт себя взрослый, состоявшийся человек в условиях нового, неведомого мира?Его чувства, страхи, желания? А если это мир магии и кровь льётся, как вино на пиру и цена человеческой жизни там стоимостью в грош? А если ещё учесть, что попал он туда в теле несмышлёного мальца? Как выживать ему в этом чужом и враждебном мире? Сумеет ли он воспользоваться шансом, который каждому даётся в жизни и доживёт ли он до него?Вот и постараемся ответить на всё это в нашей книге!
Я с присоединившимся ко мне Сержем сначала, с помощью мыльницы, оживлял впавшие в зимнюю спячку деревья, а потом, воспользовавшись плетением из книги эльфа, из запретного раздела придавал деревьям роста, мощи и сил. Если учесть, что на первых порах я мог наложить плетение только на одно дерево, то ближе к ночи так приноровился, используя жезл в качестве усилителя, что стабильно растягивал заклинание минимум на десяток стволов, а иногда если позволяла местность, то и на пятнадцать. К ночи, истратив все силы как физические, так и магические на полусогнутых ногах приползли к месту организованного Марфой пункта выдачи пищи.
Оставив ребят отдыхать и резвиться около озера, вдвоём с Марфой, захватив с собой матрасы набитые сеном и одеяла, отправились в храм. Притихшая Марфа тихо шла за мной и вопросами к счастью не донимала. Волнуется сильно. Я создал светляк и манны для него не жалел хотя и осталось её у меня очень не много. Под его ярким освещением мы и вошли в просторное помещения восстанавливающегося храма. Марфа, увидав на фреске своё изображение, ойкнула от удивления, выпустила из рук рулон свёрнутого матраса и к моему великому удивлению выхватила из-за спины комплект мечей и изготовилась к бою.
Над алтарём появилось свечение которое, разрастаясь закрыло плотной пеленой света весь постамент, а через мгновение из пылающего жаром плазменного облака на вычищенный пол храма выпрыгнули три огромные фигуры от вида которых у меня подкосились ноги.
Марфа, издав гортанный крик, без предупреждения бросилась в бой. Каскад ударов и блоков разорвал тишину в храме. Монстры ростом с наших бывших рыцарей смерти, в доспехах отливающими золотом и масками вместо лиц действовали очень слаженно и в высшей степени профессионально.
Поняв, что остаться в стороне мне уже не судьба и с ужасом понимая, что этим монстрам мне противопоставить нечего кроме кинжала и засапожника взвыл в буквальном смысле от охватившего меня отчаянья. Тем временем Марфа ушла в глухую обарону, отражая атаки монстров, видно осознавая, что осталось ей совсем чуть-чуть.

















