Малыш Гури

Мало ли с чем вы там столкнетесь. А пока отдыхайте, завтра переход без остановок на обед до самой ночи. Места здесь глухие и деревни все стоят в стороне от дороги, расположены по берегам реки, в них заходить не будем. Отдыхайте…

Я молча насыщался наваристой ухой. Уже третья не маленькая тарелка, а я всё никак наесться не могу или меня так мандраж от пережитого и ожидаемого колотит. В схожем состоянии и Хэрн.

— Что делать будем, — мысленно спросил я друга.

— А что нам остаётся. Пробиваться будем! И зачем ты стрелял в этого ублюдка. Мы бы с них денег себе стрясли не плохо, а так сами, получается, оказались под ударом.

Форн прав в одном, ранение аристократа нам не простят, а светить подорожной, выданной на имя виконта де Вальдэ не хочется.

Это точно, оставлять такой шикарный след нашим возможным преследователям от императора не стоит."

"— Что нам может понадобиться в этом переходе?, — я отложил от себя недоеденную уху.

— Меня волнует слова Форна о необходимости закупки серебряных наконечников для стрел. Что не хочет нам всего говорить купец, как бы там не…

— Он же сказал, что места там проклятые, может он имел ввиду гиблые земли?, — осенило меня.

— Всё возможно!, — Хэрн вздохнул, — Как же мне не хочется туда идти. Может, вернёмся?

— Куда?, — задал я резонный вопрос. Увы, но возвращаться нам некуда.

— Думаю, стоит пробежаться по лавкам магов. Они торгуют магическими вещицами. От нежити что-нибудь прикупить. Кто знает, может, что и подыщем для наших нужд, а пока давай-ка и правда в люлю. Нам завтра рано вставать. Только сперва лошадям подсыпь зерна и воды сходи, набери.

Ты уже придумал имя этому бугаю на четырёх ногах?

— Ага, Буцефалом зваться будет. Только кажется мне, что лошадка сия не для меня!

— А для кого?, — не понял Хэрн.

— Вот чует моя…, моё сердце, что он нам ещё понадобится. Но вот для чего…, не знаю…

Спать улёгся с фургоне. Кожаные полы тента зашнурованы. Прокачка колодца. Тепло под одеялом, вот только мысли ни фига не радужные. Но усталость берёт своё и не считая сотнями баранов провалился в нирвану…

Отступление четвёртое.

— … ну, куда же вы, уважаемый господин Наваз.

Не ожидали здесь меня увидеть? Понимаю! Ведь ты, сволочь, сделал все для того, чтобы я уже никогда больше не появилась в обществе, — Марьян, как разъяренная ведьма, держала узкий обнажённый меч в вытянутой руке, уперев его острое жало в пах расфуфыренного чиновника, — не удобно, понимаю, но скажу по секрету, ваш шалун вам больше не понадобится…

— На помощь!, — пропищал прижатый к стене глава городского округа.

Богатый видный вельможа и такой жалкий вид. Охрана в ступоре.