Малыш Гури

Плетение массажа и ещё могла сворачивать кровь каким-то шаманским способом, после чего теряла напрочь силы и манну и её саму, в пору, надо было откачивать. В общем больше под ногами путалась чем реальную помощь оказывала, вот тут Серж и подсуетился, подключив девушку в ассистентки Валуа.

Его светлость не сказать, чтобы был очень рад нежданной помощнице, но шепоток на ушко другу Стиву и герцог скрепя сердцем принялся приучать леди к врачеванию. На первых порах у неё ничего не получалось, то плетение не видит, то силы слишком много вбухает, от чего почти сознание теряет, то манны не достаточное количество выделит.

Для больных, конечно, это не помощь, но и не вред. Вот так и училась до одного случая.

Серж обычно бегал в хламиде, наброшенной на плечи ни чем, не отличаясь от своих сверстников. Герцог Ивалье пропал вот и изображать из себя господина надобность пропала. Костюм и доспехи, подаренные Сержу хозяином, ему очень нравились и он их берёг, лелеял и очень-очень аккуратно носил, если придётся.

Местного герцога, который собирался посетить отвоёванную твердыню надо было встречать во все оружии, тем более, как сказал Мартин, разговор с герцогом будет проходить в присутствии совета ордена полного состава. Следовательно, присутствие на встрече Сержа предполагалось в том числе. Хочешь, ни хочешь, а одеваться надо.

Сперва баня…, вместе с Чернышом в одном корыте, которому Ферро усовершенствовал ошейник украсив его какими-то камешками и бляшками из золота и серебра.

Намывались долго, балуясь и попросту дурачась в воде. Потом не взирая на протесты Сержа и тихое рычание Черныша, тихое потому-что только на Стива Черныш ещё никогда голоса не поднял, даже тявкал очень деликатно, Граф лично обрезал и укладывал отросшие волосы сорванца в дворянскую причёску, что в купе с изысканным костюмом хозяина сделало Сержа, с виду истинным аристократом… ., только пока маленьким, а собачка благородных размеров и истинно манерного поведения полностью дополняла эту великолепную картину. Вот в таком виде, да ещё сидящим на Удаве верхом и увидела его пробегающая мимо по своим медицинским делам Лия. Увидела, споткнулась, что-то удивлённо непонятное воскликнула и шандарахнулась о каменную мостовую площади крепости, да так основательно, что герцогу пришлось под оханье отчего-то сильно побледневшего и взволнованного сына, приводить графиню в чувство.